Над полем битвы воцарилась тишина. Только магические линии, потревоженные схваткой, продолжали пульсировать, медленно возвращаясь к своему естественному течению. Аня стояла и завороженно смотрела на гаснущие в небе искры — последние отголоски их совместного с Эндаром творения. Но восхищение длилось недолго. Боль, притупленная адреналином битвы, вернулась с удвоенной силой, и девушка покачнулась от внезапно нахлынувшего головокружения. Мир вокруг неё завертелся, земля покачнулась, но Эндар тут же подхватил её, не давая упасть. Его пальцы, еще теплые от арканной энергии, уверенно сжали ее плечо.
Лиса-хранительница приблизилась, величественно возвышаясь над их головами. Даже в своей истинной форме она сохраняла ту же грацию и достоинство, что отличали её человеческий облик. Свет вновь охватил призрачную фигуру, но теперь он не был ослепляющим — скорее, напоминал сумерки, когда день плавно переходит в ночь. Через пару ударов сердца она вновь приняла свой человеческий облик — стройная женщина с необычными чертами лица и пронзительными глазами с вертикальными зрачками.
— Спасибо вам за помощь, мои безумные и бесстрашные друзья, — произнесла Юнлин тепло, и в её голосе слышалась искренняя благодарность. — Нужно возвращаться назад.
Вместе они начали спускаться вниз, к спасительным огням «Дивногорья». Тропинка, которая недавно казалась такой лёгкой, теперь превратилась в настоящее испытание. Спускаться было тяжелее, чем подниматься. Девушку мутило, голова раскалывалась от боли, каждый вдох отзывался жгучей болью в груди, словно рёбра были стянуты невидимыми раскалёнными обручами. Эндар поддерживал её, позволяя опереться на своё плечо. Его лицо было сосредоточенным, но Аня заметила в его глазах что-то новое — уважение, смешанное с любопытством. Арканист явно не ожидал от неё такого проявления силы.
Ручей, который днём казался таким мирным, сейчас журчал тревожно и настороженно. Его воды, отражающие лунный свет, казались тёмными и непроницаемыми. Но в этом звуке было и что-то успокаивающее — напоминание о том, что природа продолжает своё течение, несмотря на вторжения из других миров. Юнлин шла впереди, и, хотя она выглядела так же величественно, как и всегда, Аня заметила, что движения хозяйки «Дивногорья» стали более осторожными, экономными. Похоже, битва с тварями истощила даже могущественного духа-лису.
Когда они наконец увидели тёплый свет окон гостиницы, пробивающийся сквозь деревья, Аня почувствовала, как напряжение начинает отпускать её. Но вместе с облегчением пришло и осознание — то, что произошло на вершине холма, было лишь началом. Эта мысль была тревожной, но странным образом и вдохновляющей. Впервые за долгое время Аня почувствовала, что её жизнь обретает цель, превосходящую простое выживание. И если для защиты ей придётся научиться лучше понимать магию, — что ж, она готова принять этот вызов.
Казавшийся бесконечным путь обратно наконец подошел к концу. Скрипевшая на ветру вывеска "Дивногорья" качнулась, словно приветствуя возвращение хозяйки и её спутников. Старинная гостиница, вросшая в склон горы, словно была частью самого пейзажа — её тяжелые бревенчатые стены хранили тепло дневного солнца, а окна мягко светились, обещая приют и безопасность. Юнлин отправила спутников на второй этаж в библиотеку, а сама скрылась на кухне. Её шаги были легки и бесшумны, как у хищника, привыкшего скрывать своё присутствие. В коридорах "Дивногорья" всегда пахло сухими травами и свежеиспеченным хлебом, но сегодня к этим ароматам примешивался едва уловимый запах озона — следы недавней магической схватки. Слуги молча проводили взглядом потрепанных битвой гостей, но ничего не сказали, продолжая заниматься своими делами.
В библиотеке Эндар помог Ане устроиться на диване, обитом потертой кожей цвета осенних листьев. Девушка опустилась на него с благодарным вздохом — каждое движение отзывалось болью в ушибленных ребрах. Арканист сам сел в кресло рядом, его высокая фигура отбрасывала длинную тень на книжные полки. Оба они не проронили ни слова, погруженный каждый в свои мысли. Вскоре к ним присоединилась Юнлин. С собой она принесла горячий травяной отвар с медом и протянула его девушке. Пар поднимался от глиняной кружки, завиваясь причудливыми узорами, напоминающими магические символы. Аня приняла напиток обеими руками, чувствуя, как тепло проникает в замерзшие пальцы.