Закончив, Юнлин встала и разложила пергаменты по группам.
— Вот эти, — женщина указала кистью на первые три одинаковых рисунка, — парализуют. Но их нужно приложить к тому, кого необходимо обездвижить. Вот эти два создадут иллюзию вокруг тебя. Их уже прикладываешь к себе, представляя ту иллюзию, что нужна. Но сил у тебя пока мало, потому и заклинание будет нестабильным, помни это. Последнее заклинание создаст вокруг тебя защитный барьер на некоторое время. Но опять же — оценивай свои силы. И самое главное — для активации ты должна брать их рукой с рунами. Все запомнила?
Аня неуверенно кивнула, вслух повторив все сказанное Юнлин. Свернув пергаменты, девушка уложила их в сумку так, чтобы было удобно доставать в случае опасности.
— И последнее, — Юнлин подошла к девушке вплотную, держа в руке оставшийся символ, который был отложен в сторону. — Я наложу иллюзию на тебя. Помнишь про эмоции? Их необходимо сдерживать.
Юнлин приложила пергамент к груди девушки. Он засветился мягким светом, растворяясь и постепенно обволакивая всё тело Ани неярким свечением. Черты лица изменились, став более восточными, кожа приобрела золотистый оттенок, а русые волосы потемнели до глубокого каштанового цвета.
— Так лучше, — удовлетворенно произнесла хозяйка таверны, отходя на пару шагов назад и внимательно оглядывая Аню. — А теперь идём, нам пора.
Сама не ожидая от себя, Аня поддалась внезапному порыву и крепко обняла Юнлин.
— Спасибо тебе за всё, огромное спасибо.
Первое мгновение Юнлин стояла как вкопанная, словно не привыкшая к таким проявлениям чувств, а потом по-доброму похлопала девушку по спине.
— Я не могла иначе, — тихо ответила она. — Это мой долг.
Они спустились на первый этаж и вышли из таверны. Во дворе было непривычно многолюдно — торговцы, собравшиеся в караван, приветствовали Юнлин и благодарили за гостеприимство. Между группами путников сновали жители Заречья, занятые последними приготовлениями. На Аню никто не обращал внимания — сегодня таких странников было множество.
Вместе с Юнлин они подошли к незнакомому мужчине. Он был одет в простую дорожную одежду, но держался с достоинством, выдававшим человека, привыкшего отдавать приказы.
— Алос нотар, мастер Кайрен, — поприветствовала его хранительница «Дивногорья». — Вот моя помощница, о которой я говорила, Аня.
Мужчина широко улыбнулся, обнажив ряд неровных зубов. Ростом он был не выше Ани, плотного телосложения, с широкими плечами и крепкими руками торговца, привыкшего разгружать товар. Его светлые, почти соломенные волосы были коротко острижены, а густая борода и усы, тщательно расчесанные, придавали лицу с острым носом и маленькими глазами некую солидность. Взгляд его, быстрый и цепкий, скользил по всему вокруг, не упуская ни единой детали. Одежда Кайрена, хоть и дорожная, была добротной и хорошо сшитой — кожаный жилет поверх льняной рубахи, удобные штаны и высокие сапоги, все со множеством карманов и креплений, как у человека, привыкшего к долгим путешествиям. На поясе висел короткий меч в потертых ножнах. Было в его движениях что-то суетливое, беспокойное, как будто он постоянно ожидал подвоха.
«Странные они все здесь», — подумала про себя девушка, вежливо улыбаясь в ответ.
— Приятно познакомиться, юная леди, — елейным голосом произнес мастер Кайрен, окинув Аню быстрым взглядом, и продолжил, уже обращаясь к Юнлин: — Довезем в лучшем виде, не переживайте, моя дорогая.
— Багаж уже унесли? — требовательно спросила Юнлин, прищурив глаза.
— Да, всё лежит в фургоне, под мою ответственность, — поспешно заверил Кайрен, прижав руку к груди жестом, призванным подчеркнуть серьезность его обещания.
Юнлин удовлетворенно кивнула, словно иного ответа и не ожидала. Она повернулась к Ане и тихо произнесла:
— Держись рядом с мастером Кайреном. Он покажет, где тебе расположиться, и передаст багаж..
Все трое направились в сторону каравана, где уже суетились погонщики, проверяя упряжь и закрепляя последние тюки с товарами. Послеполуденное солнце золотило верхушки фургонов, обещая ясный день для начала путешествия.
— А Эндар? Он где? — Аня привстала на цыпочки, тщетно пытаясь разглядеть знакомый высокий силуэт среди мельтешащих фигур. Беспокойство невольно закралось в её голос.
Юнлин на мгновение замешкалась, её взгляд скользнул по толпе торговцев и путников.