Народу вокруг собралось немало, из-за чего Эдип снова почувствовал себя некомфортно. Маг выдохнул и напомнил себе, что в первую очередь он здесь, чтобы невезение короля не навредило мероприятию. О том, что он ещё и представляет собой лицо магического сообщества, он по совету Карины уже не думал. Ведьма верно сказала: чем больше стараешься соответствовать идеалам, тем в более глубокую лужу угодишь.
- Совсем как в измерении! – восхитился паж, тоже прилипнув к окну. – О, а это владелец музея, господин Грам.
Первая карета подъехала к калитке. Собравшиеся на территории музея гости начали расступаться, чтобы дать дорогу. Эдип увидел у дверей музея приземистого толстяка в чёрном костюме, с пышной причёской и бакенбардами. И задался вопросом: не ворон ли он. Фамилия была говорящей. За спиной толстяка стояли два черноволосых мужчины, держа золотую ленточку; ещё один человек – блондин - держал поднос с парой ножниц.
Выходя из кареты вслед за Риком, Эдип разглядел репортёров с блокнотами: они уже зарисовывали и записывали происходящее. Также здесь присутствовали несколько горожан: владельцы той или иной фирмы. Был там и отец. Маг с новой силой ощутил на себе груз ответственности. Все взгляды дружно сместились с правителей на него, стоило войти на территорию музея. Эдип придал лицу невозмутимое выражение и отошёл вбок – наблюдать картину целиком, чтобы ничего не пропустить.
- Придворный маг-то – красавчик, - хихикнула репортёрша неподалёку, обращаясь к другой.
- Не рановато ли магов с собой брать, - буркнули с другой стороны, и Эдип увидел министра культуры, толстяка Грибожуйского.
- Любопытно, чем всё это кончится, - добавил с улицы прохожий.
Правители подошли к господину Граму на пороге здания. Все взгляды устремились на них, и король начал речь.
Он рассказал о важности примирения двух народов, об открывшихся возможностях для каждой стороны. Потом слово взяла королева, которая отметила, что необходимо знать о таких близких соседях больше, чем написано в учебниках. Ведь, изучив чужую культуру, поймёшь о её носителях больше. Она добавила, что в измерении также строится музей культуры Цароса – ведь, в отличие от небольшого измерения, культуру целой планеты не уместить в одном музее.
В толпе тихо закаркали, переговариваясь – и Эдип сообразил, что сюда прибыли и вороны. Они тоже стояли с блокнотами и карандашами. Неужели и это репортёры? Одеты они были в штатское, а не в строгие костюмы, и в нарядах преобладал далеко не чёрный цвет. Пять воронов и одиннадцать царосцев из прессы.
После королевы выступил Грам. Его картавый говор укрепил Эдипа во мнении, что владелец музея - из народа воронов. Толстяк рассказал, что все экспонаты были подобраны тщательно, и после посещения музея царосцы смогут чувствовать себя с соседями свободно, не боясь случайно задеть неуместными разговорами. Ну и, конечно, проект способствовал расширению кругозора. Что же касалось причин древней вражды – здесь каждый оставался при своём мнении, и эта тема затронута не будет.
Право перерезать ленточку традиционно передавалось человеку от правительства либо самим правителям. Натрияхлоридий и Варвара выполнили эту традицию – и как заметил маг, король из предосторожности действовал левой рукой, протезом. После этого владелец пригласил гостей на ознакомительную экскурсию.
Внутри чёрный мраморный пол с золотыми прожилками контрастировал со светлыми стенами. Потолок уходил высоко вверх. Эхо, просачиваясь между витринами, уходило вдаль, к открытым дверям в следующее помещение. В воздухе витали слабые запахи краски и моющих средств. Глаза разбегались: накидки из перьев, предметы быта – такие же, как и у предков-кошек. И две сценки с участием восковых фигур антропоморфных воронов. Первая показывала исход в большой, светящийся жёлтым портал. Фигуры второй сценки изображали постройку дома и готовку пищи на костре, а на фоне раскинулся плакат с охотниками, загоняющими оленя.
В эхо шагов вплелись тихие переговоры: гости с интересом обсуждали то, что видят. Экскурсию проводили два черноволосых гида, которые держали ленточку – тоже вороны. История их народа начиналась с исхода в измерение – жизнь предков на ПлуМерке, а ранее – на Лиране, в расчёт не шла.
Резкое движение. Эдип вскинул взгляд. С потолка падала огромная люстра.
Она рухнула прямо на брошенные потоки, которые легко спружинили. Вокруг поднялось волнение, король с королевой спешно отступили из-под люстры. Маг был благодарен им за расторопность: ему казалось, что его тянет за рёбра целый вагон! Основа напрягалась, удерживая на потоках хрустальную махину, и Эдип опустил её на пол. Стало значительно легче.
- Простите! - поспешил извиниться хозяин. – Мы всё проверяли, я был уверен, что всё хорошо!
- Ничего, - улыбнулся король. – Видимо, моё невезение сыграло.
Он взглянул на мага.
- Благодарю, господин Пресный. Переставьте люстру куда-нибудь в угол, чтобы не мешала гостям.
Запоздало по телу пробежал холодок. Сегодняшняя неудача могла отправить на больничную койку обоих правителей: Эдип попросту не умел лечить сотрясения! Под взглядами собравшихся маг исполнил приказ, и экскурсия возобновилась.
К Эдипу сквозь толпу пробрался высокий молодой человек в сером костюме – репортёр. Он с одобрением улыбнулся, поправляя выбившуюся из каштанового хвоста прядь.
- Как хорошо, что правители взяли себе придворного мага. Вы очень умело предотвратили опасность.
- Спасибо, - кивнул Эдип, оглядывая зал и гадая, что ещё может представлять угрозу.
Происшествие было предсказуемо, но сильно взволновало. Молодой человек двинулся следом, когда Эдип зашагал вперёд: гости переместились в следующий зал.
- Могу я узнать, как вы это делаете? Существуют ведь какие-то манипуляции, или особые слова?
- Простите. Я сейчас на работе и не могу отвлекаться.
- Понимаю, - поспешил уверить репортёр. – Но вам необязательно смотреть на меня. Видите ли, я пишу трактат о пользе магии – сейчас, в наше неспокойное время, он будет кстати.
- Чем вас не устраивает то, что вы увидели? – устало спросил Эдип.
Вот прицепился! Никакой вежливости не хватит.
- Я хочу знать больше. Люди хотят знать больше, - репортёр заступил магу дорогу. – Просто объясните. Это же недолго.
- В интервью я рассказал всё, мне нечего добавить, - Эдип снова огляделся.
Здесь уже были сценки из жизни крестьян, горожан и придворных. В дальнем углу, как живая, склонилась над магическим кубом ведьма. Однако на её голове не было широкополой шляпы – волосы были повязаны шнуром, а одета восковая женщина была в подпоясанный балахон.
- Интервью? В газете? Видимо, не успел…
- Значит, прочтёте, - маг сердито отстранил репортёра. - Вашим читателям уже всё известно. Отойдите, пожалуйста.
Тот что-то проворчал, но притих. Обернувшись, Эдип улыбнулся – этот навязчивый человек заметил стоящих поодаль гвардейцев, личную охрану правителей.
Гиды между тем начали рассказывать о становлении власти, выборе правителей. Среди знатных семей разгорелся спор, кто встанет во главе мира, и дело едва не дошло до войны. Пришлось вести голосование.
Картины на стенах иллюстрировали эту историю.
Всё снова было спокойно. Эхо, повторяющее за гидами слова лекции, перешёптывания гостей, шуршание карандашей по бумаге – это репортёры усердно выполняли свою работу. Назойливый писатель трактатов отошёл к окну и выглянул. Когда гиды позвали всех дальше, писатель встрепенулся и поспешил за остальными гостями. Эдип пошёл следом.
За спиной зазвенело стекло. По залу проскакал камень; за ним тянулась дорожка осколков. Эдип бросился к разбитому окну. За оградой ходили люди, оборачивались на здание. На территории никого не было, никто не удирал.
- Что там? Что случилось? – послышались взволнованные голоса из соседнего зала.
Маг обернулся. Он же оставил правителей! Люди начали расступаться – слишком медленно! На Эдипа сыпались вопросы, а в голове росли нехорошие подозрения.
Впереди загрохотало, и кто-то закричал.