Но варенье-то ты сваришь, по банкам разложишь, а тазик потом мыть. Если, не дай бог, забудешь про него, засохнет – еще и отскребать. А вода здесь – не из-под крана! Нашла хозяюшка способ: договорилась с местными осами. За домом тазик сладкий выставит, и они его за пару часов обглодают до стерильной чистоты, останется лишь ополоснуть. Собака, к примеру, в жизни так не вылижет.
Как же просто получается – и посуда чистая, и осиное сообщество сыто жужжит в своем уголке, в дом не лезет, знает место. Такая вот магия слова!
Честно, завидую я хозяюшке. Живет она в гармонии с миром. С каждым цветком, с каждой бабочкой находит общий язык. Сам-то я пока что этой науки не превзошел. Может, научусь когда?
* * *
Часов после девяти вечера жизнь в деревне затихает. Редко если кто музыкой балуется, чаще – тишина. Медленно темнеет. На севере небо еще желтое, и если нет ветра, можно долго рассматривать черные и четкие узоры листвы.
Неспешно ложится роса. Комаров нет почти, а разведешь костерок, так и совсем. Ветки потрескивают в огне, а мы сидим на низкой скамеечке, касаясь плечами, вглядываемся в языки пламени и молчим. Хорошо и без слов.
За спиной, за деревьями – желтый уют веранды. Старый дом манит в свое теплое нутро. Костер догорает. Тускло мерцают угли и уже не дают прежнего жара. Можно было бы подбросить еще хвороста, но, пожалуй, уже не стоит.
До завтра, сад! Пойдем спать, хозяюшка!