Мальчик открыл сумку и увидел связанного кузнечика Лютика. Лютик лежал и ловил ртом воздух - открывал и закрывал рот. Агат быстро развязал его, а кузнечик даже не открыл глаза - лежал и продолжал открывать рот, словно проверял, действует рот или нет. Агат принялся толкать его, дергать за руки, за ноги, но существо, словно решило сдаться и проиграть бой с личинкой осы.
- Уважаемый кузнечик Лютик! - произнес Агат, когда вытащил кузнечика из сумки и положил на землю. Он боялся, что кузнечик испустит дух прямо здесь, и Агат не успеет его спасти. Больше всего он боялся, что дух Лютика вылетит из него и ему, Агату, будет сложно уговорить его вернуться обратно к Лютику.
- Я ...Вы... Ну, пожалуйста! - воскликнул Агат и вдруг начал икать:
- Ик! Ой! Ик! Ой, ой, ой-и-ик! - самое последнее «Ик» получилось ужасно громким. Агат даже сам напугался, что может от страха за чью-то жизнь, издавать такие звуки. В норе кроме него звуков не издавал никто и это «Ик» получалось, как будто громадным.
В темной норе с маленькой тропинкой света со стороны двери, такой «икательный» возглас почудился Лютику львиным рычанием, и кузнечик приподнялся на локтях.
Руки не слушались его, и он снова упал на землю. От неожиданного падения, Лютик стукнулся головой:
- О, нет! - воскликнул кузнечик и снова закрыл глаза.
Агат испугался, что Лютик умер. Вспомнил, как переживает мама Лютика. Она же не знает, что он находится совсем близко к дому, в этой ужасной сырой норе! Если бы она тут оказалась, то вынесла бы сына на вытянутых руках.
- Потерпи, зеленый! Слышишь? Я тебя сейчас иИк, вытащуИк, вытащуиИк! -
Агата стало раздражать, что он икает и от этого он начал икать еще больше:
- Ик! Ик! Ик! Ох! Ик! Ох! ОхИик! - мальчик выразительно плюнул и попал прямо на пятку кузнечика.
- Чего? - тихо произнес Лютик с каким-то звонким свистом. Этот одинокий свист пронзил сердце Агата и он, взяв Лютика за руки, потащил к выходу из норы.
Выход находился совсем близко. Яркая вспышка света манила к себе, но силы Агата быстро закончились.
- Эх! Надо было съесть листья шиповника. Хотя бы одну колючку. Жук тебя подери! - неожиданно Агат сказал любимую фразу Альбинессы и так разозлился на себя, что вновь потащил Лютика за тонкие зеленые ручонки.
Кузнечик оказался тяжелым, не смотря на стройность и худобу. На том месте, где Лютик только что лежал, остался след. Агат не мог смотреть на этот след, словно Лютика съела голодная оса, и от него осталось только это. Гриня рассказал Агату о том, что когда кого-то съедают не остается даже тени. А теперь он пытался спасти долговязого умирающего кузнечика без тени, ноги которого, то и дело превращались в уши и как будто подслушивали то, что Агат одиноко твердил вслух.
- Противная Альбинесса! Что за плохие осиные привычки! Как можно поедать живых существ! Я это так не оставлю! Лютик? Ты слышишь меня, жук тебя побери?!
Около входа в нору пела какая-то птица, и Агату вдруг показалось, что он никогда не спасет Лютика. Слезы брызнули из его глаз, и одна прозрачная маленькая слезинка упала на щеку бледного Лютика. Агат, заметив это, напугался, что от его слезинки кузнечик замерзнет. Думая об этом, мальчик запнулся за мелкий, но очень острый камешек и повалился прямо на Лютика.
- Ой! - воскликнул Агат, вскакивая на ноги и осматривая закрытые глаза неподвижного насекомого. - С координацией у меня проблемы, - пробурчал он. - Прости, друг!
Тут лицо Лютика стало желтым, затем розовым, фиолетовым и наконец, бледно-зеленым. Агат затаив дыхание, наблюдал за странными изменениями лица кузнечика. А тем временем, поникшие безжизненные усы Лютика выпрямились, и глаза кузнечика раскрылись.
У Лютика очень красивые глаза - голубые с желтыми крапинками. Агат не проронил ни слова, когда увидел, что Лютик очнулся - боялся, что ему померещилось. Он только нависал над Лютиком и смотрел в его глаза, как в телевизор. Вдруг, крылатый мальчик напугался и принялся тормошить Лютика за щеки.
- Щио щио дымки - проговорил Лютик и медленно закрыл глаза, чем жутко напугал Агата.
- Что? Что ты сказал? - громко завопил Агат.
- Киё лиё нек чи - пролепетал Лютик. - Чоный, чоный, сеый, сеыый, - проговорил он тихо и замолчал.
Агат почувствовал холод и дрожь. Он так и не нашел свою маму, а тут можно помочь чужой маме и ее сыну!
Агат стал щипать кузнечика за щеки, дергать за нос и за лапки. Но кожа Лютика стала покрываться кочками, точно он замерзал. Агат остановился в нерешительности, а кочек на коже Лютика прибавлялось все больше, словно он...