Но всё закончилось в тот момент когда он сказал:
-Ничего. Береги себя.
И я, сосредоточившись, перенеслась на поляну.
Так вот оно как происходит, раз - и я на месте.
Полянка ничуточки не изменилась - всё тот же обрыв и те же ели с похожими на бананы плодами. Тишина, только пение птиц и шепот ветра разбавляет это безмолвие. Я медленно обошла поляну и присела на валявшееся брёвнышко. Баулы кинула рядом. Интересно, а на земле моя академическая сумка сохранит свои свойства? Было бы отлично. Потом мысли опять перескочили на Малькольма. Всё же жаль что он оказался таким нерешительным, ну а я навязываться не стану. Не стану, сказала я! Всё, хватит соплей, у меня ещё есть дела насущные.
И всё же он занял место в моем сердце..
Где стоит моя машина я знала, теперь её нужно сделать видимой. Я разделась и сложила вещи на брёвнышко, не стоит разбрасываться одеждой, её и так мало. Теперь оборот. По мере моего приближения начали проявляться очертания машины, пока она наконец не появилась вся. Теперь обратный оборот, одеться, и вот я уже закидываю свои вещи на заднее сиденье.
Я сидела за рулём и раздумывала куда перенестись так, чтоб всё прошло без свидетелей. Перед воротами место всегда свободно, но там меня могут увидеть. Во двор? Навряд ли, там мама вечно то ведро, то грабли-лопаты-вилы оставляет. Наверное лучше всего в гараж, он постоянно пустой, папа свою машину обычно перед ним ставит не заезжая, чтоб утром с выездом не париться. Так и решила. Ну что, Аллага Тапшырып? То есть С Богом. Я скрупулезно представила внутреннюю обстановку гаража, место, куда по идее должна встать машина и пожелала.
Я открыла глаза и уставилась через лобовое стекло на стеллажи с запчастями, которые крепились к стенам родимого строения. Уткнулась в руки находящиеся на руле и облегчённо расплакалась. Я Дома.
Глава 37 Если любит - найдёт!
-Сания, протоколы готовы? На подпись надо, давай я заберу. Да, ещё в дежурку сходи, там женщина заявление хочет забрать, - вбежал в наш отдел запыхавшийся лейтенант - стажёр.
-Что за заявление? - я сидела за столом уткнувшись в бумаги.
-Бытовуха, муж побил, она и накатала заяву, а теперь простила.
-Ясно, - вздохнула я. Как всегда, сколько же таких женщин, что терпят рукоприкладство, терпят, забирают заявления, оправдывают своих мужей и сожителей тем, что они единственные кормильцы поильцы. И живут так всю жизнь, а дети, если они есть, страдают. В особо запущенных случаях может всё обернуться и убийством, либо жена, доведённая до ручки, в аффекте пришьет мужика, либо муж, опьянённый своей властью и вседозволенностью в порыве гнева не рассчитает силы. Мда…
Прошло уже полгода как я вернулась домой. Не передать как я была счастлива увидеть своих родных. Когда я вошла, дома были только мама и ненейка, но вскоре по звонку прилетели папа с сестрой. О моём исчезновении близким родственникам никто не сказал, остальной родне, если будут спрашивать, было решено говорить, что я улетела в Израиль, поправлять здоровье. Отец каким-то немыслимым образом умудрился оформить мне академический отпуск. Это учитывая, что на меня подали в розыск. Отсутствовала я как оказалось девять месяцев и появилась как раз под новый год. Как только я нашлась, меня взяли в оборот мои доблестные органы полиции на предмет моего отсутствия. Меня телепали и так и эдак, но результатов не добились. Я прикинулась шлангом и говорила что не помню где находилась. И правда, если я расскажу про все мои приключения, то дурдом - это лучшее, что со мной может случиться. А так… Хорошо что наши мозгоправы как один утверждали что с головой у меня всё в порядке и к службе я пригодна. Так что в мае я наконец защитила диплом и меня направили в один из отделов полиции дознавателем. И вот уже месяц как я работаю там.
В первые месяца два по возвращению я была настолько вымотана и рада что наконец дома, что о своих чувствах к Малькольму вспоминала лишь изредка. Они приходили вспышками, оставляя после себя горечь утраты. Я уговаривала себя что время лечит и воспоминания о вампире, что всколыхнул мое сердце, сотрутся, станут незначительными и будут восприниматься не так остро. Но чем больше проходило времени, тем сильнее я тосковала по Малькольму, вспоминала его улыбку, лукавый прищур глаз, когда он смотрел на меня, его беззлобные шуточки и удивление от моих земных выражений. Его ненавязчивые ухаживания и мимолётный, случайный поцелуй на ипподроме. Да, с этого момента я и начала замечать за ним неравнодушие ко мне. И да, я скучала по моему вампиру. Мама, видя моё подавленное состояние, выудила из меня всю информацию и теперь активно выталкивала меня по вечерам из дома. Развлекаться. Мол клин клином вышибают. Даже подруг подговорила. Так что теперь три раза в неделю меня стабильно выводили в свет на выгул и знакомства с мужским полом. Знакомства проходили вяло, в сравнении с Малькольмом наши парни и рядом не стояли. Кстати подруги и знакомые философски отнеслись к моему внешнему виду, наверняка подумали о краске и цветных линзах. Ненейка, узнав о ситуации с вампиром меланхолично сказала, что если любит, то найдет способ встретиться. И другой мир ему помехой не будет. Мама только с неудовольствием зыркнула на ненейку после ее слов. Типа неча давать надежду.