— В любом случае, тебе понравился Париж?
Я хотела сказать ему правду, но вместо этого вышла ложь.
— О, да. Там здорово. Я скоро возвращаюсь.
Ложь, ложь. Ложь.
Грейсон кивнул, явно впечатленный.
— Ух ты. Приятно это слышать.
— Да, думаю, что я хорошо вписываюсь туда.
— Нравятся люди? У тебя есть парень, с которым ты встречаешься?
Слайд-шоу ужасных перспектив промелькнуло у меня в голове. Там был бродяга, который помочился рядом со мной в метро, моя соседка по койке, которая считала, что мыться необязательно, и куча французских парней, которые думали, что любая американская девушка, путешествующая за границу, готова к легкому сексу.
— О, знаешь, не хочу связывать себя ни с кем на ранней стадии.
Я оглянулась и увидела, что он улыбается, немного слишком самодовольно.
— Что? Почему ты так улыбаешься?
Он сразу же исправил свои черты лица.
— О, нет. Просто счастлив, что у тебя все так хорошо складывается. Похоже, поездка в Париж была самым разумным решением, которое ты когда-либо принимала.
— О, да, — решительно согласилась я. — Определенно.
О чем я говорю? Почему я не могу просто сказать ему правду? Почему не могу сказать ему, что я сильно облажалась, что уход от него был худшей ошибкой, которую я когда-либо совершала?
— Так, когда ты возвращаешься? — спросил он.
Никогда.
У меня было всего около 50 долларов.
— Хм, может быть, через несколько недель. Бруклин скучала по мне, так что я не хочу спешить.
Он кивнул и уставился вдаль, все с той же улыбкой, умоляя меня разгадать его истинные намерения.
— Уверен, что тебе действительно не терпится вернуться. Мы, должно быть, кажемся нецивилизованными животными по сравнению со всеми твоими французскими друзьями.
Я задержалась на его внешности: резкие, царственные черты лица сочетались с его костюмом и запонками. Грейсон был кем угодно, только не нецивилизованным.
— Oui. Le chien a mangé le beignet.
Его брови поползли вверх.
— Видишь, ты уже свободно говоришь.
Я улыбнулась, совершенно не уверенная в том, что только что сказала ему. Что-то вроде «Собака съела пончик».
— У тебя есть планы на завтрашнее утро или ты слишком занята планированием обратной поездки? — спросил он, бросив на меня игривый взгляд.
— Завтра утром?
Он хотел увидеть меня снова?
Он кивнул.
— Да. Я думаю, у меня есть время. Что ты задумал?
Он оторвался от тумбочки и потянулся к моей руке.
— Это сюрприз.
Глава 37
На следующее утро Грейсон мчался по улицам Лос-Анджелеса, а я изо всех сил старалась не пролить кофе на его кожаный салон. Я выбрала кремовую блузку, которая, как я надеялась, находилась между «Я ВСЕ ЕЩЕ ОЧЕНЬ ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, ПОЖАЛУЙСТА, ОБРАТИ НА МЕНЯ ВНИМАНИЕ» и «О? Эта старая вещица?», но ни одно из сообщений не имело бы значения, если бы блузка была полностью залита кофе.
Грейсон не сказал мне, куда мы едем, когда забирал несколько минут назад, так что мое любопытство взяло верх. Каждый раз, когда мы сворачивали за угол, я пыталась определить, какие ориентиры находятся рядом с нами.
Он что, везет меня к себе домой? Он что, везет меня завтракать в какой-то особенный ресторан?
К тому времени, как он притормозил, чтобы припарковаться, я уже отчаялась понять. Я знала, что мы где-то к северу от центра города, но здания не выглядели знакомыми. Это были старые изношенные промышленные склады с провалившимися крышами и мусором, загромождавшим землю вокруг них.
Вау. Очень романтично, Грейсон.
— Узнаешь этот адрес? — спросил он.
Я покачала головой.
— Нет?
Он заглушил двигатель и положил ключи в карман.
— Выпрыгивай. Я хочу, чтобы ты кое-что увидела.
Я вставила свой кофе в подстаканник его машины и пошла за ним. Его походка была в два раза длиннее моей, так что мне пришлось поторопиться, чтобы догнать его. Как только я подошла ближе, он снова потянулся к моей руке, и, по старой привычке, я позволила ему взять себя за руку. Желание никогда не отпускать было слишком сильным, чтобы справиться с ним.
Он потянул меня за собой, огибая здание сбоку. Мы прошли вдоль забора до самого фасада, где большие ворота перекрывали вход в старые заброшенные склады. Перед воротами висела большая деревянная вывеска. Я узнала этот тип вывесок с различных строительных площадок по всему Лос-Анджелесу. Обычно вывески хвастались будущими отелями или модными закусочными, но эта вывеска была другой. Когда я вышла вперед, и Грейсон отпустил мою руку, я поняла почему.