Моя старшая сестра Бруклин мне как мать, отец и лучший друг в одном лице, а самое главное — она моя тихая гавань. Она не знает о моем плане уехать в Париж, и у меня нет других вариантов, кроме обмана. Если она узнает, что я планирую путешествовать по миру, она запрет меня дома. (Что, для справки, не так уж плохо, у нее есть спутниковое и холодильник, забитый дорогими сырами).
— Ты просматривала вопросы на завтрашнее собеседование? — спросила Бруклин, наклоняясь, чтобы закончить красить ногти на моих ногах.
Я вздохнула и зарылась еще глубже в диванные подушки.
Мое собеседование.
Мое собеседование в «Cole Designs» — в одной из крупнейших архитектурных фирм Лос-Анджелеса.
Мне удалось забыть о предстоящем собеседовании всего на пять минут, но теперь оно опять занимает все мои мысли.
— Да, просматривала, но я сомневаюсь, что Грейсон даже задаст мне вопросы. Он просто будет смотреть на меня из-за стола, ожидая, что я внезапно взорвусь... или начну плакать.
Бруклин закатила глаза и закрыла флакончик с красным лаком для ногтей. Ей нравилось играть роль адвоката дьявола, когда дело доходило до Грейсона, но мне-то лучше знать. На самом деле дьяволом был он, без адвоката, так сказать. Он, возможно, был ее другом последние десять лет, но он не был хорошим парнем. Он доказал это несколько раз, и я была довольна нашими отношениями, то есть их отсутствием.
— Дай ему шанс. У него стресс. Не принимай его грубость на свой счет.
Я хмыкнула. Грубый — это еще мягко сказано.
— Хорошо. Больше не говорим о Грейсоне. Мне нужна еда, — сказала я, поглаживая свой живот, как веселый Санта Клаус.
— Когда твой раб-любовник вернется с фахитас?
— Джейсон мой парень, а не сексуальный раб, — поправила она меня с угрожающим взглядом.
— Эх, мисс Фрейд, ты совершаешь ошибку, — сказала я, доставая свой телефон, чтобы в тысячный раз за день проверить почту. Вероятно, ничего нового не было, но я не хотела пропустить последние изменения по поводу моего собеседования утром. На прошлой неделе я не выпускала телефон из рук, как будто он мог в любую минуту оповестить меня о конце света. Серьезно, на днях я была в душе и пыталась убедить себя побрить ноги, когда мой телефон завибрировал на раковине в ванной. Я потянулась за ним, поскользнулась и оказалась в нескольких дюймах от удара головой о кафель в ванной. (Слава богу, я удержалась, потому что парамедикам пришлось бы использовать «Челюсти Жизни»2, чтобы пробраться через мои волосатые ножки, чтобы спасти меня).
Сказать, что я нервничала из-за моего собеседования с Грейсоном Коулом, было огромным преуменьшением. Парень держал в своих руках ключи от моего будущего. Устроиться на работу в его фирму станет важнейшим первым шагом в моем плане по переезду в Париж. Вот мой план:
1. Найти работу.
2. Работать до тех пор, пока не скоплю на небольшую симпатичную заначку.
3. Игнорировать тот факт, что Грейсон Коул — самый сексуальный архитектор во всем мире. «Он мой босс! Он мой босс!», я просто должна продолжать повторять эту мантру, пока она не уложится в моей голове.
4. Купить билет в Париж и улететь далеко, далеко — тем самым доказав, что я могу быть самостоятельной, не скрываясь в тени Бруклин.
5. Восхищаться сексуальными французами.
6. Есть много французской еды.
***
Позже той ночью я достала платье для моего утреннего собеседования. У меня было более чем достаточно одежды на выбор, поскольку Бруклин взяла на себя задачу удивить меня рабочим гардеробом на этой неделе. Она излучала назойливую уверенность, что я получу работу. С другой стороны, я была рада, что у меня появилась новая дизайнерская одежда. По крайней мере, я буду выглядеть сногсшибательно, когда охрана выволочет меня из здания по причине того, что я, применив прием карате, заехала Грейсону по физиономии.
Я скользнула рукой по ткани темно-красного платья. Я уже примеряла его ранее, и оно сидит на мне идеально. Его длина была на несколько дюймов выше колен, а мягкий пояс завязывался на талии, чуть выше моего бедра. Сексуальный цвет давал, по крайней мере, половину уверенности, которая нужна была мне для того, чтобы войти в кабинет Грейсона. Другая половина — это мои головокружительно высокие нюдовые3 туфли на шпильке.
Убедившись, что четыре моих сотовых телефона и два будильника были включены и установлены на определенную громкость: орущего младенца, я заползла в кровать, желая уснуть как можно быстрее.