- Родная, ты чего? Опухшая какая-то… Заболела что ли? – Он попытался дотронуться до моего лица, но я увернулась. Мельком глянула на себя в зеркале – да уж, если я в таком виде зайду в продуктовый, уверена, что продавщица протянет мне бутылочку сорокоградусной без лишних вопросов и церемоний с угадыванием возраста.
- Родная? Это я тебе родная? – Я не могла больше сдерживать гнев. – А что ж не котёна?
- В смысле?
- В коромысле!
На расстоянии я почувствовала, как он напрягся.
- Где был?
- У Витька. – Олег смотрел сквозь меня. Он больше не пытался меня обнять, а спрятал руки в карманы куртки. – У него же это, колесо спустило.
- Так спустило или лопнуло?
Он понял, что я все знаю про его вторую жизнь, но все еще пытался отпираться. Смотреть было жалко. Я внутренне порадовалась, что у меня был целый вечер на то, чтобы принять этот грустный факт – нашей семьи больше не существует. Теперь мы два отдельных человека, которых связывает ребенок, невыплаченный кредит и квартира.
- Лопнуло! Сказал же, что лопнуло! И нечего меня путать! Вечно цепляешься к словам.
- И ты еще пытаешься меня в чем-то обвинить? – Я подняла сумку с пола и сунула ему в руки. – Это не колесо у Витька лопнуло, а наш брак! Так что катись, дорогой, на подстилку к своей котёне.
Олег взял сумку и молча вышел. А я села на пол в прихожей и в очередной раз разрыдалась, теперь от жалости к себе.
Глава 2. От любви до…
Покажите мне хоть одну девушку, которая выходя замуж, мечтает поскорее развестись. Если ее жених, конечно, не дряхлый бездетный старичок.
Я была такой же. Свадьбу планировала примерно с пятого класса, знала все магазины для новобрачных в городе, отслеживала фото с торжеств и – мечтала. И, естественно, я рассчитывала быть невестой только один раз. Школьницей я представляла, как мы будем держаться за руки и делить мороженое пополам. С годами мои мечты становились более смелыми и делили мы уже не лакомство, а постель. Неизменным оставалось одно – мой муж должен был стать первым, единственным и постоянным.
С Олегом мы познакомились во время вступительных экзаменов. Нашу встречу как будто спланировали сценаристы дешевых сериалов про любовь. Я споткнулась о порог и рассыпала копии своих документов, он кинулся помогать собирать, а потом попросил показать ему аудиторию, в которой сидела приемная комиссия. Это было странно, потому что стояли мы как раз около большого плаката с надписью «Приемная комиссия в кабинете №213». Я махнула рукой на объявление, Олег погрустнел, а потом тихо сказал:
- Может, все-таки проводишь?
- Боишься заблудиться?
- С тобой и в лес не страшно!
Так уверенно мог говорить только человек, который ни капли в себе не сомневается, или который… действительно не хочет со мной расставаться. Он смотрел мне прямо в глаза, как будто хотел прочитать мысли. Со мной впервые ТАК разговаривал парень. И впервые на меня смотрели ТАК откровенно и смело.
Конечно, мне хотелось проводить его, пойти с ним куда угодно, хоть в приемную, хоть в самый дремучий лес, хоть сразу замуж. Но вместо этого я промямлила, что мне пора домой.
- Тогда возьму твои документы в заложники! – просто ответил он.
Мы стояли, вцепившись в папку с двух сторон, и смотрели друг другу в глаза. Тогда-то я в него и влюбилась.
Мы дошли до нужного кабинета, потом до моего дома, а через пять лет, после окончания учебы, и до загса.
***
А сейчас мой муж больше не мой. И это было так странно. Еще утром я провожала его на работу, дежурно чмокнула на прощанье и вернулась доделывать макет, пока не проснулся Сеня и стартовал забег до садика и по магазинам. А вечером я вдруг – будущая бывшая, которая скоро превратится в разведенку с прицепом.
Как дальше жить? Не понятно.
Развод? Это однозначно. Прощать измену я не собираюсь.
А жить-то как?
Я всегда представляла свою семью такой, какая была у моих родителей: двое взрослых и ребенок, или несколько детей. Да у нас даже среди родственников не было ни одного развода. Все жили десятилетиями, а тут вдруг я – мать-одиночка, брошенка. И не будешь ведь всем доказывать, что это я от него ушла. Собираюсь уйти.