Безземельный Король делал вид, что это его идея, но куда вероятнее, что он просто прочитал о прошлом опыте в той же книге, что и Риг. Вся лишь разница, что Риг вспомнил об этом, когда замысел уже был наполовину исполнен — чужая история всегда интересовала его меньше, чем прошлые события на родине.
Не все участвовали в работе: Свейн Принеси, великан Ингварр, Трёшка и Элоф Солёный были ранены слишком сильно, отлёживались в стороне. Дэгни Плетунья шила рану старика наживую, но тот даже не реагировал, и кажется, был без сознания.
Когда подготовка костров была закончена, и их труды запылали, оставалось лишь ждать. Ждать и надеяться, что едкий дым и жар выкурят защитников из укреплений дворца до того, как явятся новые дружинники.
На самом деле приходили они постоянно. Некоторых из них можно было заметить среди домов или в конце улицы: то одного, то сразу несколько, но никогда не больше трёх за раз. Замеченные дружинники спешили скрыться из вида. Не было среди них ещё одного десятника, способного собрать их в кучу, или же придя к месту сбора, ко дворцу, и увидев лишь ворлингов да огни костров, предпочитали они проявить разумность, а не храбрость — кто знает. Ригу, в общем-то, было всё равно — сбежали и ладно. Не придётся драться. Не придётся стоять в строю. Не придётся вдыхать запах крови. Не придётся слушать, как Кнут и остальные добивают выживших. Не придётся…
Дым от устроенного пожара мог как призывать прячущихся солдат на битву, так и наоборот, служить для них пугающим предостережением. Может быть большой отряд явится уже в следующую минуту и сметёт раненых северян. Много ли им надо, собственно? Половина едва ли сможет сражаться. Но возможно все княжеские воины попрятались по своим домам, спрятали под кровати и в сундуки свои красные кафтаны, и не покажут себя и через неделю. Все, что Риг мог делать, так это ждать и надеяться на лучшее, с трудом сдерживаясь от трусливой молитвы своим прогнившим богам.
— Повышаю на четыре, — голос Финна.
Обернувшись, Риг увидел наёмника, восседающего на стуле с отломанной спинкой, а беспорядочная горсть засаленных и пожелтевших игральных карт лежала перед ним. Рядом с ним сидели Бартл, Бешеный Нос и Вэндаль Златовласый.
— Может, ты хоть свои карты посмотришь? — спросил у брата Бартл Равный.
— Нет, спасибо, я лучше так, — отозвался Финн. — Если я их посмотрю, то я их узнаю, и этот смазливый прыщ сразу же всё поймёт по моему лицу.
— Полагаешь, что играя вслепую у тебя шансов больше? — Вэндаль, кажется, выглядел весьма удовлетворённым этой игрой.
— Не глядя я полагаюсь только на госпожу удачу, а она меня любит, — ухмыльнулся наёмник, поправив горстку монет в центре своими давно обгоревшими по локти руками.
Бешеный Нос молча подкинул четыре своих монеты в эту же кучу. Вэндаль поддержал ставку, а вот Бартл предпочёл сбросить свои карты с тихим, неразборчивым ругательством.
Картина эта выглядела слишком странно: воины, у каждого из которых по свежему ранению, спокойно играют в карты, пока совсем рядом полыхает огонь, а из осаждённого дворца в их сторону иногда летят стрелы.
— Не боитесь? — спросил Риг, глядя как очередная стрела звякнула о металлические камни мостовой.
— Не достанут, — меланхолично заметил Финн, вытягивая из колоды следующую карту. — Но что постреливают иногда в нас, то хорошо. Видят нас, значит. И злятся.
— Для того и сидим, — признался Бартл. — Приказ командира. Подрываем боевой дух обороняющихся.
Риг перевёл взгляд на Вэндаля. Он тоже теперь приказы Короля выполняет?
— Я просто играю в карты, — улыбнулся тот.
Бешеный Нос молча подкинул в общую кучу ещё три имперских железных кольца, и Златовласый скинул свои карты.
— Играю и проигрываю, — прокомментировал Вэндаль и начал собирать карты для следующей раздачи.
Когда-то давно, на одном из их уроков математики, Вэндаль научил Рига как можно считать карты. Чем больше карт уходило в сброс, тем точнее учитель мог сказать, какие карты на руках у остальных. Сложно поверить, что он проигрывает, тем более безграмотному дикарю — скорее всего, делает это специально.
Оглядевшись кругом, Риг заметил и самого Браудера, что беседовал о чём-то с Эйриком, и оба при этом имели весьма расслабленный вид. Стрик Бездомный сидел прямо на металлической земле чуть в стороне ото всех, потягивая украденное вино из горла бутылки, пока Йоран Младший упражнялся с мечом, игнорируя свои раны. Лишь Ондмар Стародуб сидел без дела, вперив свой тяжёлый взгляд в окутанный черным дымом металлический дворец.