— И думаешь, что справился бы лучше меня? Стал бы лучшим ярлом чем я или мой отец?
— Нет, не стал бы, — Риг покачал головой, чувствуя необычайное спокойствие и ясность мысли. — Ты действительно хороший ярл, пожалуй даже лучше, чем Торлейф. И уж точно лучше, чем Бъёрг.
Риг всмотрелся в яркий столб света впереди. Он чувствовал, что всё его тело напряжено, словно в ожидании битвы, хотя ни Эйрик, ни кто-либо ещё не демонстрировал никаких признаков открытой враждебности.
— Я просто считаю, что на севере не нужен ещё один хороший ярл, их у нас достаточно. Нам нужен король.
Это странная мысль, сам Риг это тоже понимал. Странная и непривычная. Северу не нужен король, они веками прекрасно обходились без правителей как таковых, и даже ярл это скорее нейтральный судья в клановых делах, во всяком случае, так оно изначально задумывалось.
Северу не нужен король, чтобы продолжать существовать, но им давно пора признать, что больше они не корона мира. Что позади остались времена, когда их народ создавал и разрушал целые королевства, превращая пьяных от храбрости мужей в королей и герцогов по обе стороны Великого океана. Даже семья Железного Императора корнями уходит в холодные северные земли. Теперь пришло время для детей севера выбрать короля и для себя, чтобы они могли быть частью этого мира с его высокими стенами, богатыми городами и огромными армиями. Потому что сейчас они все живут в изгнании за Белым Краем, и даже не заметили этого. Северу нужен король.
Хочет ли Риг быть этим королём?
Нет, определённо нет. Недостаточно глуп и недостаточно умён для этого. Не говоря уже о том, что в этом для него нет вообще никакой реальной выгоды, или же эта выгода сильно меньше возможных рисков. Не его желание.
Все эти мысли промелькнули в голове Рига за одно мгновение. И не мысли даже, а чувства, ощущения. Словно он впервые в жизни оказался перед зеркалом и посмотрел на своё отражение, увидел самого себя.
И может быть только потому, что он отвлёкся на эти мысли, отвлёкся от разговора с Эйриком, он и успел среагировать.
Ему бы хотелось сказать, что он успел выхватить оружие, отвести удар, поразить врага своей проворностью и даже успеть ранить негодяя. В реальности же он едва смог прикрыть голову руками. По ощущениям, будто штормовая волна резко врезалась в его тело, если бы волна эта была сделана из железа и камня. Рига швырнуло в сторону, и летел он столь долго, что успел даже подумать о том, что очень долго летит, прежде чем врезался плечом, покатился, переворачиваясь, и в итоге приземлился лицом в сухую землю.
«Как будто одного уродливого шрама на половину лица было не достаточно». Странно в такие моменты думать о внешности.
Все тело болело, кружилась голова, накатила жуткая тошнота. Двигать правой рукой было чертовски больно, малейшее движение — острая вспышка.
Дышать!
Невозможно сделать вздох, все тело как будто сжалось в единый болезненный ком. В отчаянии Риг стал бить левой рукой себя в грудь. Сильно, часто. Отпустило — с громким чавканием его лёгкие взялись за работу, нехотя наполняя жизнью скрюченные мышцы. Риг жадно глотал воздух. Больно. Заставлял себя двигаться, заставил себя встать, осмотреться.
Шла битва. Кто-то напал на них, но не разобрать кто, глаза отказываются работать как должно, голова всё ещё кружится. Чёрные тени между воинов, пять быстрых и смертоносных теней.
Топор?
Риг не увидел своего оружия на поясе, стал искать, быстро шарить в ночной темноте дрожащими пальцами левой руки. Старался при этом не давать даже крошечного беспокойства для правой, старался не делать глубоких вдохов. Ушиб? Или сломаны рёбра?
Нашёл щит. Топора нигде видно не было.
Поднялся.
Три группы.
Король и его наёмники построились кольцом, защищают лежащего Мёртвого Дикаря Синдри, пока Бешеный Нос делал с ним что-то. Старик безумно смеётся, удерживая два обломка своего посоха точно младенцев. Финн поёт песни на эриндальском.
Другая группа: Эйрик сражается, и Ондмар Стародуб, что защищает его от ударов, помогает держать темп — они нападают. Дэгни Плетунья помогает, набрасывается на врага диким зверем. Рядом Кнут, но он держится скованно, двигается медленно. Ранен.
Третья группа. Йоран Младший и Стрик…
Риг не стал всматриваться в последнюю группу. Побежал, крепко сжав зубы — его брат нуждался в помощи.
Такое чувство, будто каждый шаг левой ноги он делал на гвоздь, вбитый ему в стопу до самого колена. И в груди словно насыпали острых камней и мелкой колючей гальки.
Встал возле брата, прикрыл его щитом в левой руке. Они не смотрели друг на друга, но двигались вместе, осторожно зажимая противника, обрезая ему пространство для манёвра, чтобы другие могли подловить проклятое нечто, сотканное из подвижной тьмы. Они держались вместе.