Когда же по округе поползли вести о том, что рыскают по лесам и дорогам чудовища, и что ищут они беглеца, посмевшего бросить вызов власти магистра, понял портной, кого приютил он под своей крышей. Понял, что рано или поздно монстры придут и в его городок, выследят его гостя, постучат в его дверь.
Без промедлений помог портной собрать раненому его вещи, сопроводил до лесу, и там соорудил жилье, сшив из ткани кровать, что висела меж веток могучего дерева, а над ним развесив широкий навес от дождя. Сшил он и одежду, что помогла беглецу прятаться среди толпы, и одеяла, чтобы укрыться им в непогоду.
Сам же портной вернулся в город. Питание для раненого, лекарства, материалы для одежды и многое другое — всё это стоило денег, а заработать он их мог только в городе, честным тканным трудом. Так что он продолжил работать, слыша голоса за спиной, и зная о том, что все вокруг знают.
Поэтому, когда в город пришли чудовища, он не удивился. Не удивился портной и тому, что кто-то из горожан указал на его дверь, и что дверь эта разлетелась в щепки.
Ему предлагали золото, если предаст он своего гостя. Ему обещали пытки и страдания, если он будет молчать. Портной молчал. Молчал до тех пор, пока мог терпеть, а после уже кричал, пока не сорвал голос, пока не потерял саму возможность кричать. Но кроме криков никто от него ничего не услышал. Три дня и три ночи спрашивали его — три дня и три ночи.
Так умер сэр Уильям, сын портного и внук портного. Рыцарь.
Глава 12
Держать щит
— Почему нам не стоит прирезать вас пятерых прямо здесь и сейчас, на этом самом месте?
Браудер Четвёртый принял вопрос с доброжелательной улыбкой. Разведя руки немного в стороны, чтобы показать отсутствие оружия, он сделал пару шагов вперёд, глядя исключительно на Эйрика и полностью игнорируя всех прочих. По мнению Рига, делал он это совершенно напрасно, так как хоть северяне и были все одеты в простую одежду, а некоторые явно выпивши, каждый раздобыл себе какое смог оружие, а также скверное настроение. Так, Дэгни Плетунья сжимала два больших кухонных ножа, держа их лезвиями к земле, точно два клыка, стоящий подле неё Свейн сжимал в руках увесистую дубину, некогда бывшей ножкой стола, в то время как Элоф Соленый опирался на острую косу. Без оружия явился лишь Стрик, но и он шибко довольным таким исходом вечера не выглядел.
— Моё мнение таково, Эйрик из клана Лердвингов, — Безземельный Король почтительно кивнул. — Что ты свободный человек, и желать ты можешь всего, что тебе захочется.
Если спросить Рига — не лучшее начало переговоров. Но его, хвала богам, никто не спрашивал и он предпочитал помалкивать.
— Желаю я сейчас только одного: восход солнца увидеть. И если для этого надо князю отдать головы пары наёмников, то я не вижу для себя в том большой проблемы.
Вопреки своим словам, сам Эйрик ни на кого не нападал и приказа такого не отдал. Не угрожает, а скорее торгуется? Или же верит в способность Безземельного Короля оправдать свою репутацию, и что всё происходящее — часть какого-то хитрого плана?
Король, меж тем, продолжал спокойно улыбаться:
— Когда желания совпадают с возможностями, тогда возможно всё, что угодно.
— Моя возможность стоит прямо у меня за спиной, числом в десять, а удалью на троих у каждого.
— Удалые к нам уже приходили, и числом ещё большим. Теперь они телами землю укрыли, и никакой удали там уже не осталось. Можете сами убедиться.
С этими слова Король отошёл как бы в сторону, сделал приглашающий жест рукой. А когда ни Эйрик ни его люди с места не сдвинулись, добавил:
— И оружие их можете взять, какое вам глянется. Мёртвым оно без надобности, а нам оно, Бог свидетель, ещё пригодится.
Финн и Бартл также посторонились, пусть и нехотя, пропуская ворлингов к мёртвым. Эйрик буквально только что сказал, что раздумывает над их убийством, а они в итоге позволяют ему лучше вооружится перед этим делом? Кнут подтолкнул Рига вслед за ними. Может быть, это хитрая ловушка?
По знаку своего вожака, Трёшка первым приблизился к мертвецам, нагнулся осторожно, ожидая нападения, после чего поднялся с щитом и небольшим одноручным топором в руках. Остальные ворлинги последовали его примеру, поглядывая на стоящих поодаль наёмников настороженно. И на Кнута с Ригом в том числе, не делая, по всей видимости, в этот момент между ними различия.
— Бу, — Финн дурашливо взмахнул саблей в сторону ворлингов, а когда те настороженно вскинули головы, ухмыльнулся.
Однако стоило его предводителю выйти вперёд, сразу же стал серьёзным. Браудер же продолжал излучать вежливое, спокойное дружелюбие.