- Боже мой! - сказала Максин, и Кайла подняла глаза.
Из-под пола в конце коридора показалась голова Линды Лелэйн, плывущая по твёрдой древесине, как плавник акулы, разделяющий коричневое море. Голова хихикала, глаза Линды сияли, как рубины на солнце. Зубы у неё были рядами змеевидных клыков, а нос отсутствовал. По мере того, как она приближалась к ним, её появлялось всё больше и больше. Её груди были опухшими и в синяках, а из сосков текла чёрная кровь, которая залила всё её тело. Её пупок представлял собой зияющую рану, открывающуюся и закрывающуюся, как второй рот, и она ступала сломанными, искривлёнными ногам, ступни были вывернуты назад на сломанных лодыжках, колени подогнулись, а бёдра вздулись от отёка, заставляя её двигаться как паука.
Девочки повернулись и бросились к лестнице, пробегая по две ступени за раз, мчась на первый этаж. Даже если входная дверь была закрыта, они могли разбить стекло двери, ведущей к бассейну, и выбраться на задний двор. Но пока они бежали, перила разлетелись на щепки, и ступеньки задымились, словно под ними поднимался огонь. Они добрались до последних десяти ступенек как раз перед тем, как лестница под ними начала прогибаться. Они прыгнули и приземлились на один из китайских ковров, когда лестница обрушилась оранжевой грудой пылающего мусора. Дым и пламя корчились, как влюблённые, комната гремела.
- Джо! - воскликнула Кайла. - Дэнни!
Руки Максин взлетели к голове.
- Где они, чёрт возьми?
- Я не знаю. Пойдём…
Огонь распространялся. Они встали на ноги. Кайла была готова бросить лампу в двери внутреннего двора, но они легко открылись, когда она повернула ручку. Когда они миновали джакузи и подошли к бассейну, она поняла почему ужас заполнил её горло, душив её. Она попыталась закричать, но заткнула рот, слёзы катились к её губам.
Максин достаточно кричала за них обеих.
Бассейн был переполнен, прилив лазурных волн плескался около самого крыльца. Сам бассейн бурлил, кипел, но туман, выходивший из него, был таким холодным, что слёзы на лице Кайлы превратились в лёд. Металлический синий свет охватил тьму, освещая ужасную сцену, как вторая луна, когда поверхность воды открыла десятки закатывающихся глаз. Они не были вырваны и не плавали; эти глаза были живыми, мигающими, частью самой воды, но несомненно человеческими. Когда центр водоёма послал волны в разные стороны, из него показались обнажённые тела нескольких мужчин, ощупывающих ночной воздух, как раскопанные вурдалаки. Они были всех возрастов, в большинстве своём молодые. Глядя на них, Кайла сообразила, что все они приходили в дом - курьеры, переписчики, скауты, свидетели Иеговы. Там были садовники и уборщики бассейнов, продавцы и сантехники, ремонтники и юристы.
И теперь все они принадлежали Хэйзел и слепо служили ей, потому что у них не было глаз. Их глаза были прикованы к воде, потолку и стенам. Они были частью дома, частью его охраны, бдительными, как любая камера наблюдения, и каждый докладывал всё хозяйке.
Девочки побежали к входной двери. Безглазые люди застонали как единое целое, издав отчаянный металлический звук, и, когда они обогнули край бассейна, из тени вышла высокая фигура, плавно двигаясь по бетону. Длинные седые волосы развевались вокруг его головы, и он скалил свои окровавленные зубы, как животное. Полые ямы там, где должны были быть глаза, были покрыты засохшей кровью и кишели крошечными чёрными язычками. Его тело было сплошь из тени, сломанное и тонкое, а на шее виднелся ряд шипов. Из клубящегося дыма вокруг его тела возникло шесть скелетных рук, и Кайла попыталась оттолкнуть их, но её руки прошли сквозь них, заставляя их задрожать и испариться. Максин с криком отшатнулась, и когда упырь отступил в тень, она поскользнулась на хлынувшей воде, а затем упала и исчезла.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ
Пока Кайла и Максин пытались сбежать от преданных Хэйзел, Хэйзел набирала новых. Она была повсюду в доме, во многих местах одновременно, поэтому, пока она и её прихожане охотились за девушками, она также находилась в главной спальне с Джо и Дэнни, продолжая их соблазнение.
Она заставила воцариться в комнате тишине, несмотря на хаос за её пределами, так что только она могла слышать чудесную музыку двух девочек, кричащих от ужаса. Она улыбнулась теперь, когда всё шло своим чередом, несмотря на очевидное вмешательство видений и проклятых теней-душ, которые по праву принадлежали ей, как и эти два мальчика, которым вскоре предстояло стать такими же. Всё, что им было нужно, это ещё немного уговоров, ещё немного завораживающей эротики.