А с каким удовольствием она бы прикончила вора, который к ней повадился…
— Ага, — мрачно буркнула Далия, рассматривая в очередной раз сработавшие ловушки. — Ну-ну…
На этот раз она использовала супер-стойкую краску. И прежняя-то отмывалась с огромным трудом, а уж нынешняя… Огромное ярко-синее пятно украшало собой деревянные полки и плиты пола, стальная пружина, выбрасывающая лезвие из стенки шкафа, была искорежена, будто попалась разгневанному троллю. Внимательно осмотрев причиненный ущерб, Далия осторожно сняла с обрывка смятой проволоки длинный лоскуток. Ткань плотная, черная…
Спрячем улику до лучших времен, сейчас все спокушники чересчур заняты, чтоб отвлекаться на жалобы придворного алхимика.
Сменив лиловую шелковую мантию на теплую накидку, Далия поспешила вниз.
Второй раз за утро пересчитывая ступеньки бесконечной лестницы госпожа придворный алхимик размышляла, какая сволочь покушалась на его величество? И как она так ловко сумела обмануть Роскара?
Хотя его и дитя обманет, нехотя признала Далия.
— Не скучай без нас, — чмокнула брата Анна.
— Мы будем тебя вспоминать, — пообещала Дафна. — Изредка. Может быть. А может, и не будем.
— Будьте умницей, ваше высочество, ведите себя осмотрительно, — расчувствовался провожающий принца министр Рудженти. Он вытер слезы и еще крепче прижал к груди — не мальчика, собирающегося в дальнюю дорогу, а мешочек с золотом, которое предстояло передать госпоже алхимику.
Инспектор Клеорн и капрал Брык, отобранные генералом для выполнения секретной охранной миссии, дружно шмыгали замерзшими, покрасневшими носами. Клеорн еще и нервничал, а нервничая, подпрыгивал; душа его рвалась в архив Министерства, к неоконченному делу Убийцы со Стилетом. Конечно, покушение на жизнь короля важнее… Но загадка, загадка, уважаемые дамы и господа! Как быть с ней? Неужели позволить тьме веков поглотить столь волнующую тайну?
— Готовы, сударыня? — спросил Громдевур у появившейся Далии. — Тогда, мэтр Крифиан, колдуйте, куда ее ученость велит.
— Что, разве принцессы не едут с нами? — удивилась алхимичка. — Но тогда как вы собираетесь обеспечивать их безопасность? Я предлагаю…
И Далия что-то шепнула генералу на ухо.
— Вы думаете? Советник Джиобарди? Он справится? — удивился Октавио.
— Не он, а его жена и дочери. И племянницы, разумеется, — поправила алхимичка. — Ну, всё готово? Тогда поехали.
Кёр-Роэли, Перевал
Стоило сделать шаг из раскрывшегося телепорта, как Цогобас провалился в сугроб. Не то, чтобы по щиколотку или по колено, а основательно, чуть ли не по макушку. Хорошо еще, никто из пажей не видел, как почтенный и уважаемый карлик выбирается из снежного плена. Позора не оберешься…
— Трен кайхай, — ругнулся Цогобас, в очередной раз обрушивая стену снежной ямы. Убедившись, что подлая мороженая водица отказывается держать наиглавнейшего помощника Госпожи, карлик поступил проще. Он деловито и сноровисто принялся рыть подземный… вернее, подснежный ход.
Отфыркиваясь, как довольный жизнью тюлень, Цогобас продвигался вперед, шепотом проклиная злосчастные камни, которые, собственно, и должны были составлять основу скалистого Перевала. Где они, спрашивается? Кругом один снег! Будто Перевал сотворен из снега и льда, а вовсе не из камней! Да кончится ли когда-нибудь эта снежная труба, или…
Ш-ш-ша!
Находящийся впереди снег негромким шипением растаял, в один момент превратившись в лужу горячей воды. Цогобас сдал назад и поспешно закричал, объявляя о своем присутствии:
— Госпожа! Это я, ваш верный слуга!
— А я думала, опять снежные черви завелись, — скучающе ответила Кёр. — Погоди выбираться, я закончу через пять минут.
Уверив Госпожу, что он никуда не торопиться, Цогобас уселся на край выкопанной норы. Он всё-таки не удержался и высунул любопытный нос, пытаясь рассмотреть творимое волшебницей заклинание.
Посмотреть было на что.
В воздухе висела десятиконечная звезда, сплетенная из ажурных нитей. В углах и точках пересечения линий сияли радужные кристаллы, вокруг них воздух плыл, будто нагретый полуденным летним зноем. Повинуясь направляющему движению посоха, магическая конструкция медленно двигалась над заснеженными валунами, переливаясь и искрясь. Кёр стояла рядом, прищурившись и напряженно следя за только ей понятными знаками.