Второй камзол, очень удобный и практически новый, Фриолар вчера отдал господину Альтисте. В счет долга своего работодателя, естественно.
Вообще, если честно, причиной разногласий была весьма специфическая финансовая политика, которой придерживался мэтр Виг.
Чтобы понять, продемонстрируем на наглядном примере.
Допустим, некто возжелал свежей, отборной малины, которую можно приобрести у любой хозяйки Флосвилля по цене пять медяков за средней величины лукошко. Некто малину купит, без проблем. Но мэтр Виг на месте этого некто обязательно начнет торговаться и рано или поздно выторгует скидку в половину гроша. Или, как вариант, ему продадут то же лукошко, но еще и горсть сверху добавят.
Случилось такое с вами, вы обрадуетесь и, довольный, отправитесь домой есть малину. Но Виг не абы кто, он пойдет еще дальше.
Ага, значит, лукошко малины можно было бы купить вовсе не за пять грошей, а еще дешевле — станет рассуждать он. Значит, стоит оно как максимум четыре гроша. А если ягода подсохла — вон, смотрите, скукожилась, — так и за три с половиной.
К тому времени, как Виг снисходительно предлагал за покупку три грошика, торговки обычно показывали ему неприличную комбинацию из всех имеющихся пальцев. Когда же выяснялось, что расплачиваться волшебник собирался монетами позапрошлого царствования, потёртыми и гнутыми, да и двумя, больше эта давленая, червивая пакость не стоит, самые нервные из собственниц малины выворачивали свое имущество на дорогу, утверждая, что лучше будут ягодой лесных птиц кормить, чем согласятся на столь убыточную сделку.
Стоило торговкам уйти, на спорное имущество слетались воробьи да зяблики, быстро сортировали ягоду, и Виг получал половину лукошка совершенно бесплатно.
Еще один вариант обретения халявной малины предусматривал использование магического таланта и естественной женской реакции «ой, мамочка, медведь!!!»
Теперь у Фриолара появилось подозрение, что что-то в этом роде Виг проделывает и сейчас. Вчера не получилось — дон Текило реагировал на все предложения исключительно матерно и выгнал их на мороз при первом же удобном случае, даже ночевать пришлось в птичнике. А вот сегодня, да еще при моральной поддержке двух служителей закона…
— Башня — моя! — стучал по столу мягкой теплой тапочкой Виг.
— Хрен тебе, пентюх дубравный! — не сдавался дон Текило. — Хочешь здесь жить — компенсируй! Думаешь, магичить будешь направо-налево, а компенсацию за тебя дятел заплатит?
— Правильно, правильно! — подначивал странный нематериальный голос. — Обнаглел старый, магией своей раскидывается. А о людях кто заботиться будет?! Меня за что-то в бутылку посадил, месяц, если не больше, промурыжил!..
— Бутылка! — вдруг озарило иберрца. Он скомандовал Фриолару: — Эу, бычара алхимическая, сгоняй-ка в мой погреб и принеси-ка нам чего-нибудь хорошего, чтоб не на сухую голову разговаривать.
— Не вздумай! — взвился волшебник. — Алхимия, посмеешь разбазаривать мои припасы — прокляну!
— Может быть, их связать? — с надеждой спросил Клеорн у Фриолара. Тот в ответ посмотрел с очень серьезным подозрением:
— Инспектор, а вы, случайно, не слышите..?
— Не слышу — что? — уточнил Клеорн. Теперь уже — отодвигаясь и от Фриолара.
— Какой-то странный голос, высокий и вроде бы женский…
Сыщик перемигнулся с капралом. Тот развел руками, смирнехонько отошел в угол, где удобнее всего держать оборону, и будто случайно перехватил кистень с такой силой, что побелели костяшки пальцев.
— И в самом деле, — Фриолар совершенно неожиданно обрел поддержку в лице господина Альтисты. — Что, ваш малец сбежал, под каким буфетом тут спрятался? Мне тоже чудится, что какая-то шмакодявка малолетняя постоянно в разговор вмешивается.
— И вовсе я не шмакодявка! — возмутился голос. — На себя посмотри, башка гранитная!
— Во-во, — потер подбородок дон Текило. — именно об этой балаболке я и толкую. Или у меня глюки на почве долгого воздержания?
— Мэтр? — повернулся Фриолар к Вигу. Тот разразился довольным хихиканьем.
— Не беспокойся, алхимия, это всего лишь Касси. Помнишь, я о ней толковал?
— Я попросила бы, — гордо заявил призрак. Обладай кто-нибудь из собравшихся в гостиной мужчин Истинным Зрением, они бы увидели, как приведение вскинуло голову, подбоченилось и выпятило испачканную кровавым пятном грудь. — И вообще, раз пошел такой разговор, я, как лицо, пострадавшее от козней данного волшебника, официально заявляю, что тоже требую моральной компенсации! Почему мне никто не заплатил за то, что я просидела целый месяц взаперти?