— Мэтр?
— Вон, я сказал! — рявкнул Виг. — И этих забери!
Клеорн без разговоров повернул на выход. Увести Огги, который отправился в Иберру исключительно за компанию, и теперь с интересом осматривался по углам, высчитывая, где может быть спрятано награбленное «Кассандрой», было не в пример легче, чем дона Текило. Тот плотно сжал губы, будто опасаясь, что сейчас скажет что-то ненужное, и смотрел на умирающую девушку со странной жалостью.
— Пойдемте, сеньор, — попросил Фриолар. — Не будем мешать мэтру.
Помешать Вигу было тем сложнее, что он — пожалуй, впервые за последние пятьсот лет, — не знал, что следует делать. Читать заклинание? Автор злополучного изобретения предложил некую вербальную формулу, но с чего бы Виг ее запомнил? Реанимировав знания основ некромантии, которую пришлось выучить, чтобы как-то сосуществовать с женой и старшей дочерью, волшебник нарисовал на теле девушке несколько общеупотребительных символов — Бесконечность, Возрождение, Перемены… Сработает ли?
— Эй, малая, ты здесь? Вижу, вокруг моей головы кругами бегаешь. Давай, когда он отходить начнет, врывайся через рану и начинай его выпихивать.
— Как?! — запаниковала Касси.
— А я откуда знаю?! — не выдержал Виг. — Но если хочешь жить — постарайся!
Легко сказать! Мало того, что приходится наблюдать за самой собой, перепачканной кровью, с синюшным лицом и черными каракулями на коже! А теперь еще и…
Судя по напряженному лицу волшебника, он не шутил. Ворваться в умирающую себя и попробовать вытолкнуть захватчика означало вернуться к жизни.
Да, но…
Какие, к демонам, «но»?! Ведь она так хочет жить!
Со стороны можно было увидеть, как на побледневшее лицо девушки легло прозрачное облачко и начало постепенно втягиваться внутрь. Сквозь ноздри, приоткрытый рот душа Касси постепенно пробиралась всё глубже и глубже, заполняя собой клеточки тела.
Такого знакомого. Такого своего…
Увидев сочащуюся из отверстой раны черную субстанцию, Виг брезгливо отодвинулся. Потом любопытство пересилило, и маг принюхался: что за дрянь? Та сама душа, замешанная на чужой кровушке и страданиях?
Темные капли, вперемешку с алыми, скатывались на пол. Собиралась в лужицы…
Ах!..
Когда последняя частичка Черного Лео покинула ее тело, Касси почувствовала… нет, сначала она попыталась сделать вдох, а потом почувствовала…
О боги, неужели умирают именно так…
— Ну вот и всё, — сказал Виг.
Серые глаза Касси затуманила боль, и девушка потеряла сознание.
Хоть старый дедок и уверял, что всё в порядке, и осталось совершить стандартное чудо реанимации, Огги был склонен подвергать его слова сомнению. Чем Кот не шутит… Ладно. В любом случае бегать девчонка еще не скоро сможет. Если же в теле, которое мэтр переправил обратно в Талерин, снова окажется прежняя стерва, он, Огги Рутфер, знает, что делать.
— А это что за хреновина? — спросил он, указывая на пол.
Упомянутая субстанция, собравшаяся в лужи на полу, как-то уж очень нехорошо выглядела. Да еще — тьфу-тьфу-тьфу, да защитит нас Всесильная Лапа! — бойким ручейком устремилась от каменной глыбы к большому зеркалу.
Стремительно увеличиваясь, лужица окружила, будто остров, бронзовую подставку и начала заполнять собой сложные геометрический узор, покрывавший зеркальную раму.
— Мэтр? — испуганно окликнул пелаверинец. Чегой-то оно так?
Инспектор Клеорн, как раз подобравший с пола стилет Черного Лео, попытался сообразить, что происходит. Черная лужица впитывалась — в зеркало? В то, что прячется за ним? С тех пор, как Фледегран продемонстрировал своего самошагающего и всевидящего монстра, сыщик понял, что зеркалам верить нельзя, и всерьез подумывал завязать с бритьем до конца дней своих.
— Мэтр, что скажете?
Виг сделал замысловатое движение, от которого зеркало приобрело некоторую прозрачность. Теперь сквозь него было видно продолжение подземелья — небольшая комнатушка с дощатым полом, всё содержимое которой составляли залежи пыли и большой сундук. В сундуке… В первый момент Клеорну показалось, что он видит большую куклу, но потом сыщик догадался, что смотрит на ссохшиеся мумифицированные останки. Далеко не молодой, сухощавый высокий мужчина, со следами ожогов на лице… Черный пронзительный взгляд горит адским пламенем — взгляд жадный и пристальный, как будто мертвец может видеть то, что происходит по эту сторону зеркала.