— Зеркало — вход в субреальность. Как им пользоваться — понятия не имею, если что не так сделаю — взорвется всё к ядреным кочерыжкам, — фыркнул волшебник. — Как им пользоваться — ума не приложу! Знаете, ребятки, я на сегодня наколдовался; зовите Пугтакля с сынком, тот в Магии Пространства рубит, и Аэлифарра сообразит, что к чему… А я свой лимит бескорыстной помощи Закону и Правосудию исчерпал. Всё, домой хочу. И вообще, я здесь случайно, внучку разыскиваю…
— Здесь надо всё запереть. И поставить охрану, — решил Клеорн. — Господин Рутфер, вы идёте?
Огги согласился. От этого места веяла чем-то таким… одним словом, пелаверинец хотел как можно скорее вернуться сюда — с факелом и хворостом для растопки.
Королевский дворец
— Уфф, ну и мерзкое местечко, — прокомментировала Далия вид, передаваемый волшебным зеркалом. — Мэтр Фледегран, как у вас дела?
— Далия, не отвлекай занятого специалиста, — резко оборвал Фриолар.
— Вы так спрашиваете, будто сомневаетесь в моих магических способностях, — заворчал маг, колдующий над раненной девушкой.
— В способностях как раз и не сомневаемся. Она жить будет?
Фледегран посмотрел на девушку, на притихшего рядом хмурого иберрца.
— Будет, будет… Надо доставить ее в Обитель. А то здесь, потянувшись за корпией, рискуешь лишиться пальцев… Берите ее на руки, молодой человек. Вы с нами, мэтресса?
— Нет-нет, мы с Напой подождем возвращения наших горе… в смысле — героев-сыщиков.
Так как дон Текило решил не отпускать Фледеграна одного, случилось маленькое чудо — в покоях придворного алхимика остались только мэтресса Далия и Напа Леоне.
— О боги, неужели этот бесконечный день закончился? — простонала алхимичка, устраиваясь в кресле. — Бесноватые танцы, постройка «елементарного декоратива», вопли, горностаи, выходка Элоизы…
— Но ведь мэтр Лео ее спас? — шмыгая носом, уточнила гномка.
— Конечно же, спас. И сейчас обсуждает с королевой условия детали предстоящего бракосочетания.
— Почему с королевой?
— Потому что только так можно положить конец попыткам Синтии породниться с королём… хотя бы в этом поколении. Считаем прибыли сегодняшнего дня дальше. Наш Фри-Фри зарекомендовал себя молодцом, Клеорн отличился по службе, Виг выпендрился… Ничего не забыла?
— Штрудельгольцы моего Кота не усторожили, — пожаловалась Напа, подсаживаясь поближе к алхимичке.
— Зато именно их провинность помогла спасти короля. А Ньюфуну — получить благодарность его величества, которой он и убежал хвастаться перед своими друзьями-пивоголиками. И уж кто преподнес сюрпризы, так это Мелориана Тирандье. Не ожидала я подобного коварства, а ведь считала, что умею разбираться в людях…
Сапиенсологиня, вдруг обнаружившая, что ее любимая наука не всесильна, замолчала и начала подбирать контраргументы против своего же обвинения.
— И в любом случае — Кот вернется, он ведь всегда возвращается. А твоя любимая свинка тоже показала себя… — «С самой разрушительной стороны,» — хотела добавить Далия, но решила не портить себе и Напе вечер. — Показала, одним словом.
Напа покрутилась на скамеечке, повздыхала, попробовала поиграть с камином в гляделки…
— Далия.
— Что?
— Та человечка, которую сначала ловили, а потом спасали, — она ведь воровка?
— Верно. В общем и целом, если не забивать голову излишними деталями, она действительно воровка. А что?
— И все воры, когда их ловят, они… им… их всегда пытаются убить?
— Частенько, Напа, частенько. Таковы законы преступного сообщества, — с легкой иронией ответила Далия. Конечно же, ирония Напу не задела, но остальная часть информации просочилась под стальной шлем:
— И смерть всегда такая…м-мм… малоаппетитная и неприятная?
— Смерть безрадостна, Напа, это один из законов макроэргического пространства реальности. А почему ты спрашиваешь?
— Нет, ничего такого, — тут же попыталась принять беспечный вид гномка. Подумала. Помолчала. — Знаешь, а я, кажется, поняла, чему посвящу ближайшие пять лет жизни.
— Наконец-то дослушаешь до конца хотя бы один университетский курс? — предположила Далия. Напа отрицательно покачала головой.
— Нет. Я займусь изготовлением брони и доспехов.
— О…
— И разного холодного оружия. Облегченных моделей, разумеется. Чтобы в следующий раз, когда Сюзетт будет бороться за Наше Дело, она могла рассчитывать на хорошую экипировку. А потом, может быть, мы с баронессой съездим на Риттландские острова, повидаем Фиону, убедим Зингских Валькирий примкнуть к нашей фем… фим… фью… короче, нашей революции, — продолжила мечтать гномка.