Тело в балахоне в капюшоне молчало, но оперлось ладонями на перила слева и справа от разрыва. Значит оно внимательно слушало.
-- Однако базовое состояние твоей личности остается неизменным. Это проявляется в том, что во взрослом состоянии, выбирая партнеров для жизни, ты бессознательно выбираешь “своих родителей” и стремишься сделать так, чтобы они тебя полюбили, - вела то ли поучения, то ли рассуждения Ника. Она сама не ожидала от себя такой прыти и скорости, связности и выводов.
---Всё очень просто и примитивно. Во взрослой жизни мы либо копируем поведение своих родителей, либо намеренно делаем всё наоборот. Эти программы – неотъемлемая часть твоей личности, и это неизменно. Можно заменить эту личность на личность из параллельной реальности, но и у новой личности будут аналогичные базовые программы, которые невозможно изменить.
Убив свое тело ты не сможешь вести активную жизнь в матрице, оставаясь вне личности, ты ещё не познал весь опыт здесь, поверь, я это точно знаю и мало того, чувствую нерастраченную энергию которая исходит от тебя. Эти знания постепенно приходят к нам через нашего проводника. Я твой проводник, и это не бред, не чушь, не старание утешить тебя или отвлечь, остановить! Поверь мне, а лучше тоже почувствуй. Вот дай ладошку, вернее дай команду скафандру протянуть мне руку, пальцы и почувствовать мою НЕ ладошку через мою кисть.
Прими личность, сознание, которая сейчас у тебя в основе, в подсознании глубинном, чтобы осознать её и сделать частью себя, внедрить в мозг.
Это очень трудно, но кто не работает- тот не получает ничего! Разве что вот этот камень и обрыв. Удел слабака и лентяя, робота сраного.
Когда ты осознаешь, что твоя личность запрограммирована, ты как бы возвышаешься над ней, выходя напрямую к своему высшему я. Есть тот, кто наблюдает за этой запрограммированной личностью, и это – твое высшее я. Тот, кто осознает, что у него есть какая-то запрограммированная личность, уже становится не этой личностью, а тем, кто её наблюдает. Будем пробовать.,- забила последний огромный гвоздь в пламенную речь Ника,- Будем пробовать?
Ладонь мужчины коснулась пальцев Ники, сначала дрожа и неуверенно, а потом скрестив пальцы, постепенно и медленно. Балахон так же медленно повернул голову к Нике, но потом фигура резко упала на задницу на щебень моста и руками, ладонями, обхватив голову и содрогаясь в тихих дёрганьях.
Ника оторопела и тоже не знала, что сказать больше. Это был Эдик.
Метания на мосту
Часть прошлой Ники вернулось к ней, с ее тенями сомнений- в вдруг это розыгрыш, какая-то нелепая игра, странный сон?
--Эдик, я догадывалась что это ты. Зачем ты это сделал? Чтоб опять меня завоевать этим?,- растерянно выходила из ступора Ника, наступив ступней на большой камень, обвитый веревкой, и установив локоть на колено, опёрлась ладонью о щеку.
- Нет!,- воскликнул Эдик и рванул мимо покосившихся перил с моста, с обрыва
Верёвка метнулась как змея за Эдиком, но натянулась и обвила ступню женщины. Всё произошло так быстро, что Ника почти моментально ощутила себя лежащей у перил моста, у обрыва в реку и боль от удара. Её худое тело медленно тащилось за веревкой по мелким камешкам гравия, сдирая одежду и кожу. –О, Боже, -вырвался у неё вздох изо рта. Её локоть протянулся по земле и упёрся в столбик перил моста. Ника инстинктивно выбросила руку под прямым углом огибая столбик в районе подмышки и застряла так, остановившись и ощущая боль и ломоту во всём теле. Попятившись шеей к обрыву, она подвинула голову и выглянула вниз. На, как струна, натянутой верёвке вдоль скалы неловко затрепетало тело Эдика, его ноги и руки махали без остановки, врезаясь ногтями в горную породу до крови и срывая обувь.
- Помоги,- обречённо услышала надрывный стон Ника, который эхом гулко повторился где-то внизу, у реки. Но она чувствовала ,что опорная рука у неё слабеет, поэтому она быстро второй рукой перехватила верёвку, натянув её с усилием, а двумя ногами старалась столкнуть камень в сторону, с обрыва вниз, так, чтобы зацепилась петля за уцелелый столбик перил моста. И ей это удалось, с третьего раза. Камень был тяжелый и ступни получили такой удар, что потемнело в глазах и встать она не смогла.