Кейт встала и без стука вошла в кабинет. Владимир разговаривал по телефону, уточнял показатели ликвидности и цифры по производительности. Кейт с тоской подумала, что он очень хорош собой. Красивый, циничный и жестокий.
— Я тебя не вызывал.
Кейт молча облокотилась бедром о стол, смотря на него. В голове крутились разные мысли от угроз до просьб. В конце концов, то что он сегодня сделал на совещании, было унизительно.
— Если ты пришла по поводу Зверева…
— Да, по поводу.
— Я уволил его.
— Уволил?! — повторила Кейт, слегка шокированная. Взять и уволить человека, просто так. Кейт вспомнила о браслетах. Попользовал и выбросил. Похоже, для него нет разницы работник или подружка. — Это несправедливо.
— Я четко дал понять — кто ослушается моего приказа, будет уволен. Как же ты не вовремя появилась в моей… — он замолчал, а затем, перестроившись, произнес: — Будь добра, иди работать, — казалось, он пытается смягчить жесткость в голосе, но у него не вышло.
Мысли о купленных браслетах, Лейле и Звереве не давали сосредоточиться на печати документов, к счастью Владимир уехал в четвертом часу, и все вздохнули с облегчением. А когда Карла Изольдовна дала последнее поручение на сегодня, радости Кейт не было предела. Нужно отвезти вещи из химчистки на квартиру Владимира, ключ оставить на тумбе, дверь захлопнуть. Проще некуда. Завтра уже пятница, а там ее мучения должны закончиться. Кейт зареклась поддаваться на уговоры Энджи восстанавливать вселенскую справедливость, и уж тем более, когда дело касается таких напористых и сексуальных мужчин, как Владимир Ковальд.
***
Пробка задержала в дороге больше, чем на полтора часа. Когда Кейт переступила порог квартиры, часы показывали начало восьмого. Пройдя внутрь, она не ожидала увидеть чего-то особенного, но победило любопытно. Небольшая стильная двушка с хорошим видом на реку. Квартира обставлена в классическом стиле в бежевых тонах с вкраплением белых тканей. Повесив вещи в коридорный шкаф, Кейт положила ключи на тумбу и собиралась выйти, как в двери заворочался ключ, и вошел Владимир. Дверь за мужчиной захлопнулась.
Пару секунд они удивленно смотрели друг на друга, немного иначе воспринимая новую обстановку, а затем его взгляд изменился, подернулся желанием, и Кейт, ничего такого не планировавшая, вытянула руки вперед, чуть с опаской отступая.
— Подожди, стой, — заговорила она торопливо, понимая, что стоит поцеловать ее, и сломать сопротивление окажется легко.
Он так неумолимо надвигался, что у нее не оставалось выбора, кроме как отступать.
— Не дразни меня, Кейт, — от взвинченности голос Владимира сел. — Не дразни.
Он нагнал ее у дивана, схватил, страстно прижавшись всем телом, настолько плотно, что Кейт мгновенно окунулась в чужое мощное вожделение, ощущая, его желание, его импульсы, как сносит и ее.
— Хочу тебя, просто хочу всю целиком.
Дышать совершенно нечем. И нужно уйти. Сейчас, если возможно. Они застыли, слушая, как громко дышат и не в состоянии остановиться.
Руками Владимир гладил тело девушки, возбуждающе скользя, сжимая в мягких местах, заставляя дрожать от влечения.
Кейт сдалась. Кажется только что упиравшая руками в грудь, она застонала, обвила мужскую шею, прильнув к нему, кусая губы, чтобы снова не застонать.
— Скажи «да», скажи, ты согласна, — шепот Владимира ласкал лучше всяких прикосновений, дразня, сметая остатки сопротивления. Он целовал ее висок, ухо, щеку. Горячее мужское дыхание обжило душу. — Кейт.
Не в силах говорить из-за пересохшего горла, она согласно закивала, и тут же оказалась подхвачена на руки, одновременно встретила жадные мужские губы. Он целовал ее со всей страстью, что мог вложить. Язык Владимира врезался в нее, блуждал, изучал ее рот, руками прижимал ее голову к себе. Кейт громко застонала. Как нельзя и как хочется! Прямо сейчас. Нет сил отказаться. Есть силы отвечать, так же ненасытно, так же горячо, с таким же напором. Она в миг стала мокрой внизу, пульс пустился в бешенный пляс и все потеряло свое значение, кроме касаний.
Они избавлялись от одежды так, словно она горела на них. Упали на диван, не прекращая целоваться, и застыли лишь на секунду, когда горячая пульсирующая головка члена Владимира уткнулась в лоно Кейт. Она потянулась к нему, толкаясь вперед, бурно, и он со стоном вошел в нее. Целиком, до упора. На мгновение стало легче, будто во вселенной все встало на свои места, наполняясь сутью до краев от облегчения свершившегося, назначенного.