— Надеешься отделаться очередным браслетом? Не надейся, — горько усмехнулась Кейт, сквозь слезы. — Но предложение о временном перемирии приму.
— Хорошо, — Владимир с трудом вернул взгляд на лицо девушки. — Тогда поедим, потом силки, потом займемся сигналами и водой.
Кейт согласно кивнула, смахивая воду с мокрых щек.
— Думаешь, мы далеко от цивилизации? — спросила она, пытаясь вспомнить то, что видела при посадке. Все ее воспоминания спрессовались в единое мгновение. Сейчас она уже могла более-менее взять себя в руки, решив, что нужно собраться, а о Максе погорюет потом, когда вернется.
— Не знаю.
— А если ты не найдешь воду, тогда что?
— Добудем иначе. Я видел почти целые целлофановые мешки.
— Где ты научился выживанию? — поинтересовалась Кейт, разглядывая его с новым интересом, к которому примешивалось уважение.
— В армии.
— А пилотирование?
— Курсы.
Они дожарили грибы и, разделив их, принялись за еду. Несоленые, если бы не хлеб, но сейчас организму требовалась еда, и Кейт усиленно жевала. Она тяжело вздыхала, периодически вспоминая о Максе.
— А ты?
— На аэродроме, где базировался Макс, в окрестностях взлётной полосы много зайцев. Местные ребята из техников часто развлекаются забавой под названием «Поймай серого». Там. Там же и пилотировать Летняя школа для гражданских.
Она до сих пор помнила первую охоту и брата, смеющегося вместе с ней. Как же это произошло давно.
Выходило теперь, что их было трое. Макс, она и Ковальд. Значит не секс тому причиной. Может быть причиной был Макс.
— Твой брат же пилот?
Она кивнула, догадавшись, что Владимир думает о том же.
— Ты его тоже видел с Родлером?
Он отрицательно покачал головой. С Максом он не был даже знаком. Не знал, как он выглядит. Что же произошло? Трое в самолете, пилоты покинули его. Но явно все должно было выглядеть, как авиакатастрофа. Мысли заходили в тупик.
Время подходило к обеду, воздух прогрелся, становилось невыносимо жарко. Мысли Кейт незаметно перетекли в другую плоскость — об организаторе их исчезновения. Если это кто-то со стороны, Родлеры будут искать самолет. Если же это сами Родлеры, то их вообще не будут искать, пока отец не выйдет на след Владимира и не свяжет их. А если не свяжет? Ее вообще будут искать в другом месте? От этой мысли становилось тошно и изнутри Кейт чувствовала непрошеные рвотные спазмы.
— Скажи, а у тебя есть кто-нибудь? — спросила Кейт, глядя как мужчина доев, бросил в костер ветку, на которую раньше были насажены грибы. — Ну, кроме Родлеров? Кто-нибудь, кто будет искать? Родители, друзья?
— Нет, — ответил он, вставая. — Даже если кто кинется, то не раньше, чем через пару дней.
Послезавтра у него назначена встреча со Снежаной, он должен дать окончательный ответ. Он уже знал, что скажет «нет». Что было, не вернешь. Не нужно ему никакое прошлое и родство. Братство.
— Почему? Никого нет?
— Есть. Привычка работать.
— Но секретарь ведь не подпишет за тебя бумаги и решение не примет.
— Да, как минимум два дня она мне даст на размышления. Поела?
— А родители? — не унималась Кейт, игнорируя нежелание отвечать.
— Их давно нет.
Кейт доела и, поднявшись, пошла за ним.
Следующие пару часов она бродила словно тень, пока Владимир присматривался к невидимым следам на местности, указывая пальцем на помет различных животных и выбирая место для силков. Они взяли с собой несколько веревок, Кейт расшнуровала кроссовки (у Владимира обувь застегивались на липучки), после чего прихватила длинную ветку березы с множеством сухих листьев. Тот одобрительно кивнул.
— Вот это подойдет, — сообщил он, выбрав небольшую скрытую деревьями полянку, с высокой травой. — Видишь, здесь и там тропка.
Около часа в молчании, стараясь общаться как можно тише и реже, они осторожно устанавливали простые силки с барьерами из веток вокруг них.
До вечера Кейт опять сидела на фюзеляже самолета и светила в небо, пока Владимир бродил в округе в поисках воды. Она была не очень дружелюбна и не слишком любезна, слишком убитая случившимся, поэтому Владимир решил, что лучше не лезть и свести все контакты к минимуму. К тому же, он слышал, как она периодически плачет. От бессилия в нем поднималась бешенная волна злости. Он и сам не понимал, почему так переживает за нее. И не мог Родлер, так его подставить. И за что Кейт и Макса убивать? А его? Где связь? За то, что Лейла видела измену? Бред умалишенного, да и только.