— К чему это ты? — не выдержал я, чувствуя, что каждый раз, когда я соглашаюсь с Эдиком, который говорит вроде бы разумные вещи, то еще больше загоняю себя в ловушку.
Он встал с кровати, подошел к окну и надолго замолчал.
— Скажи, а ты вообще хоть когда-нибудь думаешь о себе? — спросил он, когда я уже начал гадать, не ждет ли он, пока я уйду. — В отношениях участвуют двое, и это все происходит с нами обоими. Про меня и мои чувства ты уже произнес целую речь. В основном всякую хуйню, но об этом позже. Главный вопрос — а что насчет тебя?
Я пожал плечами, потом сообразил, что Эдик этого не видит, и сказал:
— Со мной все в порядке.
— Да неужели? — насмешливо спросил Эдик. — Давай-ка посмотрим. Парень, которого ты любишь, тебя не помнит — это нормально? Тебя это не ранит, не мучает, тебе не плохо от этого? Как ты себя чувствовал, когда я сказал, что собираюсь встречаться с другим? Если бы я все-таки решил пойти на свидание, ты бы сказал правду или так и промолчал бы? А ведь Денис приглашал меня не на прогулку или в кино, а к себе домой — посидеть вдвоем, поужинать, выпить… Чем такие свиданки кончаются, тебе рассказать, или сам догадаешься?
Это было по-настоящему больно. Я и забыл, каким он может быть безжалостным и прямолинейным, когда отстаивает свою точку зрения.
— Так нечестно, Эдик. Сейчас ты меня провоцируешь, разводишь на эмоции. Я думал, мы поговорим серьезно, как взрослые люди.
— Ну хорошо, я согласен по-взрослому. Нахуй Дениса. Давай по существу. Если память ко мне так и не вернется, ты что собираешься делать? Преданно торчать рядом со мной в роли друга, помощника и жилетки для соплей, пока я в конце концов не найду себе кого-то? И что тогда — просто отпустишь?
— Если так будет лучше для тебя, — сказал я, наконец-то обретя почву под ногами. Очевидно, что он не раз задавал себе эти вопросы, но я тоже, поэтому знал, что ответить. — Я бы не стал удерживать тебя, если бы ты влюбился в кого-то. И неважно, помнишь ты обо мне или нет.
Эдик встал напротив меня и нехорошо прищурился.
— У тебя спина не чешется, случайно? — ехидно спросил он. — Кажется, вот-вот крылышки прорежутся! Ты вечно обо всех заботишься — обо мне, о своих учениках, о лошадях, даже о моем отце. И я это принимаю, такой уж ты человек. Вот только скажи, а кто позаботится о тебе? Когда ты позволишь это хоть кому-нибудь, мне, например? Я тоже могу быть сильным, поддерживать тебя, помогать, оберегать от всякого дерьма в этой жизни! Это в две стороны работает, когда ты уже это поймешь!
— Эдик… — беспомощно произнёс я. Потому что теперь я был окончательно уверен, что мне не показалось.
— Да стопятьсот лет я уже Эдик! — сердито сказал он. — Ну, что еще?
— Где твоя трость?
— Ну вот, опять начинаешь! Ты вообще слышал хоть слово из того, что я тебе сказал?
— Слышал, — сказал я, расплываясь в улыбке, которую я был уже не в силах сдержать. — Каждое слово, клянусь. А еще я на тебя смотрел. Как ты ходишь по комнате туда-сюда. Почти что бегаешь. Без трости. И даже не хромаешь.
Эдик замер посреди комнаты, потом взмахнул рукой, словно ища в воздухе невидимую опору.
— Ты ведь не стал бы так шутить со мной?
— Ни за что, и ты это знаешь не хуже меня.
— И что же мне теперь делать? — растерянно спросил Эдик.
— Ты говорил, что хочешь заботиться обо мне? Отлично. Знаешь, прямо сейчас мне нужны обнимашки от моего парня, которого я очень люблю, хотя он и злющий, как помойный кот, и так же шипит на меня. Иди сюда.
— А если я упаду? — неуверенно сказал Эдик.
— Я поймаю, — пообещал я. И поправил сам себя: — Поймал бы. Но ты не упадёшь.
Эдик осторожно сделал шаг, чуть качнувшись в сторону, потом второй, еще более уверенно. Я встал, готовый подстраховать его, если он потеряет равновесие, но это не понадобилось.
— Что за хуйня со мной происходит? — растерянно сказал Эдик, цепляясь за мое плечо. — Я что, раньше тупо притворялся? Манипулировал вами, чтобы срубить свои ништяки в виде заботы и жалости? Вот дерьмо…
— Не думаю. Ты ненавидел свою беспомощность и был на все готов, чтобы стать здоровым. Просто твое тело никак не могло окончательно принять тот факт, что ты здоров. И подстраховывалось таким образом.
— А теперь, когда мне перемкнуло мозги, мои ноги окончательно починились? — недоверчиво спросил Эдик. — Перезагрузка и откат к базовым настройкам исправили все баги?
— Видимо, да. Но давай не будем торопиться с выводами. Посмотрим, как все будет завтра. А пока уложим тебя в постель, и ты хорошенько отдохнешь.