Мужчина вздохнул и ничего не ответил.
Диалог закончился.
Глава 10
Ирина проснулась от удара в дверь.
Один…
Второй…
Соседи затеяли ремонт?
Да вроде бы ничего подобного не намечалось.
Ирина снова прислушалась. Глаза не открывались, общее состояние было нехорошим, болела голова. Девушка глухо застонала и хотела перевернуться на живот, чтобы спрятаться в подушку.
Что-то не так… Почему она спит в кофте?
Осознание пришло одновременно с ещё одним ударом.
Ирина порывисто села на кровати, щурясь и пытаясь сориентироваться.
Незнакомая комната… решетки…
Дмитрий!
Её взгляд заметался по комнате в поисках мужчины. Искать долго не пришлось. Он стоял у двери и ударял по ней кулаком.
— Вано, сука! Открой!
В его словах не было злости. Лишь усталость.
Ирина притихла.
Вот тебе и пробуждение.
— Иван!
На этот раз удар был куда как сильнее. Ирина вздрогнула. Теперь понятно, откуда у Дмитрия синяки и сбитые костяшки. Только ей от понимания этого не легче. Выглядел мужчина хуже, чем вчера. Всё так же полуобнажен, он упирался лбом в дверь, по которой и дубасил, не замечая, что Ирина проснулась.
А ведь спала она хорошо. Крепко. Казалось бы, должно быть наоборот. С недругом в постели… Ирина ничего не помнила, провалилась в сновидение. Измученный тревогами, страхами организм решил дать ей небольшую передышку.
Ирина, стараясь не шуметь, подтянула ноги и одеяло к груди. Защита — так себе, но всё же лучше, чем ничего.
— Открой! Выпусти её, черт побери! Выпусти! Ты же… Убью гада…
Ирину накрыло.
Получается, Дмитрий не хочет, чтобы она находилась с ним в комнате…
Переживает?
Опасается за неё?
Господи…
Она готова была разрыдаться. Что это за люди? Зачем они вообще приехали в их довольно тихий городок? Каким недобрым ветром их сюда занесло?
— Дим, — оклик сорвался с губ девушки самопроизвольно.
У сталкера руки окрасились в кровавый цвет.
Черт!
Мужчина, услышав, что его зовут, напрягся, а потом повернул голову в её сторону.
Посмотрел.
И его взгляд ничего хорошего Ирине не сулил.
— Привет, — она задышала глубже, убеждая себя, что всё не так плохо. Что не так плохо, она сказать не могла, но очень хотела в это верить.
— Ир…
Он уперся рукой в дверь. Дышал тоже тяжело.
— Дим, хватит. Не стучи. Посмотри, что у тебя с руками.
Она вспомнила, как он ей обрабатывал её раны.
Может быть, если бы она ему и уступила, сейчас не оказалась бы в столь ужасной ситуации. Получил бы он своё и успокоился бы. Забыл её и её адрес.
Откровенно говоря, в такой исход событий верилось с трудом. Дмитрий Коваль ей напоминал одержимого. Она никогда не сталкивалась ни с чем подобным, возникла ассоциация.
Мужчина молча смотрел на неё. Лицо нахмурено, глаза прищурены. Губы плотно сжаты.
Он весь выглядел, как натянутая струна. Внутри него происходила борьба. Она это видела. И вроде бы должна была радоваться, что он сопротивляется тому, что его ломает. Хотя этот человек меньше всего подходил под определение сломленного.
— Тебе надо позавтракать.
После этих слов дурно стало и Ирине. В глазах защипало, пришлось моргнуть, чтобы слезы не потекли по щекам. Уловка не сработала, легче не стало.
Как такое возможно…
Люди, объясните!
Пожалуйста…
Человек проявляет о ней заботу. Это не наигранно. Это… По-настоящему.
И почему-то от проявления этой заботы внутри скручивало таким тугим узлом, что при желании его не развязать, не перерезать. Какая молодая девушка не мечтает, чтобы о ней заботились? Особенно при сегодняшней жизни, где всё непросто, где каждый день подкидывает новые заботы и тревоги.
Ирина до сих пор ничего не знает про Олега. Возможно, брат уже выходил на связь, но её телефон у Ивана. Он мог разрядиться. И тогда уже Олег начнет волноваться.
Замкнутый круг.
Забота Дмитрия опрокидывала Ирину на лопатки. Девушка должна противостоять мужчине, как-то постараться договориться. Глупое сердце обливалось кровью.
От всего…
От вида Дмитрия. От его слов.
— Да. Я хочу есть, — честно призналась Ирина, сильнее сжимая одеяло.
Взгляд Дмитрия проследовал к её рукам, и уже его губы искривились.
— Ты правильно и делаешь, что боишься, Ириш. Потому что… Мля, мне хреново. Вано!!!
Послышался резковатый звук, резанувший по ушам Иры, а потом голос из динамика ехидно произнес:
— Диман, хорош лютовать. Отойди от двери. Встань у окна, чтобы наши люди тебя видели. Они принесут еды. И кофе. Ирина, какой любишь? Американо или что повкуснее? А на завтрак что у нас леди предпочитает?