1645. 12234. был у Толстых. — В это время в Женеве проживали двоюродные тетки Льва Николаевича, гр. Александра Андреевна и Елизавета Андреевна Толстые, вместе с семьей в. к. Марьи Николаевны, при которой А. А. Толстая состояла фрейлиной, а ее сестра — воспитательницей ее дочери от брака с герцогом Лейхтенбергским. Очевидно, Толстой был осведомлен об их пребывании в Женеве и потому отправился к ним в первый же день своего приезда в этот город, 9 апреля, но не застал их дома (см. его письмо к Тургеневу, от 9 апреля 1857 г, в т. 60). В своих «Воспоминаниях» А. А. Толстая сообщает между прочим много любопытных сведений, относящихся ко времени пребывания Толстого в Швейцарии весною и летом 1857 г. (ПТ, стр. 5—12). О А. А. и Б. А. Толстых см. прим. 624.
1646. 12234—35. А[лександрин] Т [олстая] вдалась в религиозность, — Толстой сразу подметил эту черту в личности своей тетки, приверженность которой к церковному православию впоследствии послужила главной причиной их идейного и жизненного расхождения (ПТ, стр. 37—38, 65—67, 71—72).
1647. 12236. Bocage — Вилла Бокаж, близ Женевы, местопребывание в. к. Марьи Николаевны с семьей; там же жили и сестры Толстые.
1648. 12236. Cousine Bette, — Роман Бальзака (написан в 1846), изображающий действия страсти на душу стареющей женщины.
1649. 1231. написал 5 заглавий. — В записи от 3 апреля Толстой называет три произведения, над которыми он собирался работать: «Отъезжее поле», «Юность» и «Беглеца»; четвертым можно считать «Погибшего» («Альберта»), который, хотя и был закончен во время поездки в Дижон (см. запись от 1/13 марта), но автор, по-видимому, не был им вполне доволен, потому что в Швейцарии снова вернулся к нему (см. запись от 14 мая); что касается до пятого замысла, то его можно поставить в связь с записью 12/24 мая о «мыслях из р[омана] р[усской] ж[енщины]», в котором можно видеть первый намек на повесть Толстого «Семейное счастье». Подробнее см. томы 5 и 6 наст. издания.
1650. 1234. написал 4 безалаберные письма, — Из этих писем сохранилось только одно письмо к Т. А. Ергольской (см. т. 60); другое, написанное к И. С. Тургеневу, до нас не дошло, но о получении его упоминает Тургенев в своем письме к П. В. Анненкову от 3/15 апреля 1857 г. Это письмо содержит между прочим отзыв Тургенева о Толстом и, вместе с тем, дает некоторое представление о содержании утраченного для нас письма Толстого: «Толстой внезапно уехал в Женеву и уже написал мне оттуда презамечательное письмо, где он называет Париж Содомом и Гоморрой, а себя сравнивает с камнем на дне реки, которого заносит понемногу илом и которому непременно нужно вдруг сорваться с места и поискать другую реку, где быть может меньше илу. — Действительно, Париж вовсе не приходится в лад его духовному строю. Странный он человек, я таких не встречал и не совсем его понимаю. Смесь поэта, кальвиниста, фанатика, барича — что-то напоминающее Руссо, но честнее Руссо, — высоко нравственное и в то же время несимпатичное» («Наша старина», 1914, декабрь, стр. 1073). — Интересно отметить, что еще 9 апреля, т. е. в самый день своего приезда в Женеву, Толстой написал Тургеневу письмо, но не послал его по адресу; поэтому письмо это сохранилось среди бумаг Толстого (см. т. 60). — Третье письмо было адресовано Некрасову, который отвечал 5/17 мая.
1651. 1236. Строганов, — Гр. Григорий Александрович Строганов. О нем см. прим. 675.
1652. 1237. Читал Евангелие. — В письме (не отправленном) к Тургеневу, написанном Толстым на другой день по приезде в Женеву, он пишет: «Целый вечер сидел один в нумере, смотрел на лунную ночь, на озеро, потом машинально открыл книгу, но эта книга Евангелие, которое здесь кладут во все номера Société Biblique» (см. т. 60).
1653. 1238—9. Я ругал Тотлебена — скверно. — Эдуард Иванович Тотлебен, военный деятель, защитник Севастополя. О нем см. прим. 234. После падения Севастополя многие военные, ища причины неудачи, критиковали некоторые распоряжения Тотлебена, между прочим его пристрастие к горжам (узкий проход в тылу укрепления, через который поддерживалась связь с резервами); так «по убеждениям всех защитников Малахова кургана, горжа Корниловского батальона была причиной потери бастиона» («Записки ген. П. К. Менькова», Спб. 1808, т. I, стр. 412). Ген. Тотлебен незадолго до этого, в марте 1857 г., уехал из Швейцарии, где он провел вблизи Женевы всю предшествующую зиму, лечась от раны, полученной в Севастополе; отсюда он отправился в Париж, где был принят с большим уважением, представлялся Наполеону III и был приглашен им присутствовать на смотру (Н. К. Шильдер, «Граф Эдуард Иванович Тотлебен. Его жизнь и деятельность», Спб. 1885, т. I, стр. 514—518).