Вечером написал сказку для маленьких: «Умный трактирщик и глупый барон».
8 марта. Пятница. Утром перепечатал и немножко обработал сказку. После обеда работал в Лен[инской] б[иблиоте]ке, много читал, делал выписки.
9 марта. Суббота. После занятий в Ин[ститу]те побывал в ДИ. Максимова еще не приготовила рукопись «Пленников», просила зайти 13-го. «В.И. г.» пойдет в школьную серию примерно в апреле, редактировать будет Максимова. Я намерен внести туда кой-какие интересные диалоги из пьесы.
Беседовал с Наумовой. Она уезжает в тубсанаторий на «Отдыхе» на 2 месяца. Предложила заходить туда, если будет надобность. Рассматривали совместно экземпляр «Чудесного шара». Ей звонили из «Лит[ературной] Газ[еты]», интересовались моей трилогией (но интересно, кто им сообщил?) Наумова рассказала содержание «Цар[ского] токаря» и «Искателя правды». Интересно, что за этим последует?
Вечером смонтировал отрывок из повести «Пленники» — «Петя и Васька», перепечатал. Это для «Мурзилки».
10 марта. Воскресенье. Утром написал статью «Как появилась метрическая система мер». Такая статья у меня была, очень сухо написанная, а потому я ее совершенно переработал. Предложу «Мурзилке», если трудна, отдам «П. Пр.» Перепечатал.
После обеда долго работал в Лен[инской] б[иблиоте]ке, читал, делал выписки.
11 марта. Понедельник. Утром написал сказку для малышей «Лис Патрикевич и барсук Пачкун» — пересказ сказки Beatrik Potter “The tail of M—r Tod”.
После обеда — Ленин[ская] б[иблиоте]ка до позднего вечера.
12 марта. Вторник. Утром перепечатал сказку про Лиса и Барсука. После обеда занимался с Вивой (вообще-то Вива отнимает у меня бо́льшую часть каждого вечера).
Не спали до 3 ч. 15 м. ночи, ожидая экстренного выпуска «Последних известий по радио». Я предположил, что Финляндия сделала мирные предложения, но оказалось бо́льшее: опубликован мирный договор!
Как отрадно и легко на душе, когда подумаешь, что уже нет войны!..
13 марта. Среда. После обеда долго работал в Лен[инской] б[иблиоте]ке.
14 марта. Четверг. Утром написал подробный план рассказа для маленьких «Приключения кота Марсика». По-моему, будет хороший рассказ.
Послал в «Чиж» письмо с обещанием выслать им в скором времени пару вещей.
15 марта. Пятница. Вечером сидел над «Пленниками», исправил несколько страниц.
16 марта. Суббота. Весь день усиленно работал над пьесой «Право на жизнь» («Взрыв») — наша общая работа с Розовым. Совершенно переделал некоторые сцены и сильно сократил всё 1-ое действие. Потом перепечатал.
17 марта. Воскресенье. Утром работал над пьесой «право на жизнь». Исправил и перепечатал несколько страниц.
После обеда поехал в ДИ и получил 50 экземпляров «Чудесного шара» — своего первого и любимого детища. Подарил первый экземпляр Максимовой, второй — Куклису, и по этому случаю имел с ним длинный разговор. Он уже прочитал повесть, и всё та же история — всё принял за чистую монету! Пришлось рассказывать ему, где история и где вымысел. Он страшно удивился, узнав, что Ракитин не существовал.
— Здорово придумано, — сказал он. — Книга оказалась лучше, чем я ожидал, хотя я и слышал о ней хорошие отзывы. Читается с большим интересом, я за ней провел целую ночь… Будем ждать теперь отзывов критики.
— Хотелось, чтоб они были хорошие, — заметил я.
— Пусть будут такие, каких заслуживает эта книга! Я считаю ее вашей большой удачей…
Итак, — третья моя книга. Первая — перевод, вторая — переработка и третья — оригинальная. Это по времени напечатания. А по времени написания они идут как раз в обратном порядке.
Теперь с этой книгой, как я диссертацией на звание советского писателя, пойду к Маршаку и Фадееву.
Вечером читал свою собственную книгу. Досадный пропуск в целую страницу в сцене, когда Милованов приходит к Егору Константиновичу. Это вина детиздатовской машинистки.
О.В. Молодых предложила мне написать несколько листков для «Дет[ского] Календаря».
18 марта. Понедельник. Работал над пьесой «Право на жизнь».
19 марта. Вторник. Был в Радиокомитете. Лаговская сообщила мне интересную вещь: прислан из Киева монтаж «Волшебника». Но Радиокомитет, конечно, будет иметь дело со мной, я приглашен после 24/III для переговоров и заключения договора. Начинается то, о чем меня предупреждала Шпет: литературные жучки́ уже вьются вокруг вещи, чуя наживу. В Киеве уже — я уверен — передают сказку (на украинском языке, а м.б. и на русском).