Работал над рукописью. Заново перепечатал (переработав) статью «Парашютизм прежде и теперь».
19. С 9 до 4 — Ин[ститу]т. Свез «Б[ойцов]-Н[евидимок]» Абрамову, он просил оставить ему рукопись для составления аннотации, обещал возвратить 20-го.
Был в журнале «Наука и Жизнь», отдал статью «Парашютизм». Читал корректуру статьи «Математика и авиация» — рисунки плохие, художник, как видно, никуда не годный; некоторые рисунки с матем[атическим] характером совершенно исказил.
20. Набрал книг, гл[авным] образом, детиздатовских и свез в кн[ижную] лавку писателей. Получил 317 р[ублей] (по номиналу было почти на 400).
В 4½ был в ДИ, но Абрамов не вышел на работу, рукописи нет, аннотация еще не написана. С 1 часу до 4 ночи дежурил, как пожарник, ночь прошла спокойно.
21. День прошел бестолково, рукописи нет, работать было нельзя. Приехали Пермит[инские] ребята — у всей компании на глазах утащили футбольный мяч — пришлось итти выручать, ходил в милицию. Мяч все же возвратили.
Галюська очень расстроилась — потеряла (верней у ней украли) прод[уктовые] карточки на масло, мясо, конфеты).
Переработал статью «Откуда берется под'емная сила самолета?»
22. 11–4 Ин[ститу]т. Был в ДИ, взял рукопись. Абрамов выписал одобрение, в среду обещают деньги (кстати мне удалось заключить с Детизд[атом] доп[олнительное] соглаш[ение] на 1 лист — теперь книга будет 5 листов — это исключ[ительно] благодаря А.И. Наумовой).
дневник
23. Перепечатывал статьи для книги. В 9 только уселся писать новую — как тревога! Пришлось итти в щель, сидели до 1215.
дневник
24. Ин[ститу]т с 9 до 4. Денег в ДИ нет, не поехал. Дома отдохнул, вечером сел за работу в 9 часов. Не успел написать и 3-х строк, как опять тревога — и на этот раз чуть не на всю ночь (до 3 часов утра!)
Я еще в эту ночь был дежурным пожарником, ходил по двору, по улице. Под конец в спокойные промежутки уходил в комнату.
У нас еще эти дни болеет Вива — с понедельника у него ангина, так его и приходится таскать в щель тепло закутанного.
25 С утра работа над рукописью. Около 3-х поехал в «Науку и Жизнь», меня туда вызывали открыткой. Заочно договорился с редактором Борисом Георгиев[ичем] Андреевым об исправл[ении] статьи «Матем[атика] и авиация» — я там перепутал по рассеянности скорость и ускорение (в вопросе о весе летчика на пикирующем самолете).
Кстати, там узнал, что мне за статьи «Матем[атика] и авиация» и «Противовозд[ушная] оборона» выписано 793 р[убля]. Они будут напечатаны в 9 №.
Заезжал в ДИ, получил там деньги за «Бойцов-Невидимок» — 1367 р[ублей] (300 р[ублей] удержано за заем).
Пришла в голову мысль написать повестушку листа в 3 о Семил[етней] войне. Герои — Ракитин, Горовой, Марков, Рукавицын, Елизавета, Фридрих, Суворов. Как только кончу с «Бойцами» напишу заявку. М[ожет] б[ыть] пройдет и для радио (как продолжение «Чуд[есного] шара»), хотя у них, повидимому, теперь не бывает таких длинных передач.
Вечером была коротенькая тревога — с 815 до 10. Сидели в щели.
26. Институт до 5 часов, а вечером немного поработал.
27. Весь день — с 8 утра до 10 вечера почти не отходил от письм[енного] стола — работал над «Бойцами», хочу к понедельнику закончить. В перерывы от работы занимался с Вивой по в[ысшей]/математике.
Ночь прошла без тревоги, но стрельбы было достаточно. Зенитки палили всю ночь, стреляла даже близкая к нам батарея на Яузе. Но в общем ничего — спал спокойно, просыпался только при близкой стрельбе.
28 (воскр[есенье].) Весь день провел за оформлением второго экземпляра рукописи «Бойцов-Невидимок». Все-таки успел закончить.
29. С 9 до 5 институт. Завез рукопись «Бойцов» в ДИ. Абрамов обещает прочитать к концу недели. Вива поехал в Институт после болезни, вернувшись — торжественно вручил 140 р[ублей] — первая его стипендия, первый заработок в жизни. Знаменательный день!
Я начал читать «Историю Семилетней войны» Коробкова — материалы к повести. В поведении Фридриха очень много общего с поведением Гитлера — параллелизм большой и многообещающий. Подчеркивать его не нужно — сам бросается в глаза.
Ночью — стрельба из зениток — но без тревоги.
30. Утром пришлось ехать в Ин[ститу]т, читал лекцию за Воробьева.
Читал «Семил[етнюю] войну».
Ночью была сильная стрельба из зениток — но тревогу не об'являли. Я спал, Галюська дежурила с двух до пяти. Уж и она привыкла к стрельбе и не боится.