23/VIII. Получил сегодня письмо от «ведьмы»60; так адресуются управляющему имением. Был тут недавно у меня разговор с одним подводником. Прекрасный русский парень, с характером, с биографией. И что же? Он сообщил мне, будто сам читал в «Новом мире», что Ал[ександра] Невского не то не было, не то не совсем и был он, и Чудского озера тоже. Словом — «легенды и факты». И вот что особенно огорчительно: он словно радовался этому и был явно огорчен, не получив от меня подтверждения. В чем дело? Почему нигилизм и презрение к своим ценностям столь распространены среди русских? Трудно представить себе украинца, который бы радовался слуху, что Шевченко не существовал, и невозможно — грузина, утверждающего, что Руставели — легенда.
На похоронах Марианны61 — пропасть «т[овари]щей». Почему? Уж не салон ли она содержала. Алла62: «У Райкина63 собирается столько хороших ребят, говорят за Зосю64». Кстати: почему все сегодняшние т[овари] щи женятся на русских? Видел сына Марьяны: и на нее похож, и блондин, но.
Еще Шейнис65 говорил (он <. > абсолютно неоригинален, повторяет интеллигентско-либеральные среднести — тем и интересен), так вот, он говорил, что все беды в мире «от нашего отечества»: маккартизм, бойня во Вьетнаме, военно-промышленный комплекс, проявления реакции на Западе и т.д. Я спросил: Значит, пораженчество? Да, — был ответ, и мне напомнили дилемму собственного изготовления 1956 года: что лучше, джип на Невском или «черный ворон» на Пятой авеню? Но, — продолжал Ш[ейнис], — я потому против оккупации, что она в России породит взрыв низких инстинктов. — Модель 12 года тебя не устраивает? — Нет, — сказал он.
24/VIII. Смотрю фестиваль эстрады из Сопота. У баб — платья, которые полагается носить в борделях, манеры — те же. Молодые ребята все сплошь женообразны и отчетливо смахивают на пассивных педерастов. Неужели тенденция мира в этом?
Внимательно (наконец!) вычитал статью о Шатрове66. Пришлось убрать много небрежностей и даже ошибок. Если все это не потеряется — хорошая будет статья. Но не надо с Котенко67 (он фигура несерьезная и несимпатичная) и, пожалуй, стоит избегать участия в партийных изданиях. Сказал я о статье Шейнису. Зря. Через свою жидовскую контрразведку он даст знать в М[оскву], например, Свету, а те могут принять превентивные меры.
26/VIII. Башкирова68 говорила, что Е[лена] Серг[еевна]69 «очень горда», никого не принимает. Их журнальчик хочет напечатать какой-то рассказ М[ихаила]Аф[анасьевича]70, так она вела с ними переговоры через третьих лиц, а к себе не допустила.
28/VIII. Давно уже смутно чувствую я возникшую пост-фактум неудовлетворенность «Раковым корпусом»71. И вот сегодня вдруг понял, почему. Это разбавленная «Смерть Ив[ана] Ильича»: умирают безбожные герои безбожного автора. И автор не жалеет своих героев, а словно мстит им: так вот вам, так, раз я мучился!.. Все это неприятно. Но я уже говорил молодогвардейцам, что мы, русские, проспали Солженицына и отдали его жидам. А ведь во времена своей «Молитвы»72 и «Захара-Калиты» он был, бесспорно, русский человек.
17/IX. Этюд «Приговор Сталину».
За проведение коллективизации — расстрелять, однако, учитывая заслуги перед Россией в 1935-1953 гг., помиловать, разжаловав притом из генералиссимусов в генерал-майоры с назначением на должность начальника крупного концлагеря.
21/IX.Давеча Антон Льв[ович]73рассказал, что Белобородов74 был потомком пугачевского сподвижника. Об этом в 1917 очень любили, оказывается, писать в большев[истских] листовках на Урале. Да, всегда говорил я, что жизнь богаче любой фантазии! Если бы кто-ниб[удь] придумал в романе такую окольцовку — от Пугачева — через потомка Белобородова — к дому Ипатьева, — то все обвинили бы его в схематизме и очевидной подстроенности замысла.
22/IX. Сегодня Медведев75 сказал, что на Ленфильме сценарий для Ершова76 «Привычное дело»77 писал Арнольд Янович Витель78, б[ывший] ст[арший] редактор Ленфильма, а теперь нач[альник]упр[авления] культуры Леноблисполкома. Он, мол, призван был смягчить трагизм. Однако старый дурак Иванов79 сказал на обсуждении, что сценарий антисоветский. Сценарий, однако, приняли.
24/IX. Недавно в городе был большой процесс (±10) над распространителями наркотиков. Оказывается, привозили его <так у автора — К.Т.> вьетнамские студенты (!), а наши — в том числе неск[олько] аспирантов ун[иверсите]та — продавали здесь.