(Г. Флобер, «Бувар и Пекюше»)
8 апреля
Иногда я бывают настолько nonchalant, что окружающие начинают сомневаться в том, что я педераст.
9 апреля
В автобусе совсем высокорослый юноша, наверное старшеклассник, с тонким станом и грациозной походкой, эфеб в модной серо-голубой курточке из мелкого вельвета и сумочкой-поясом на худой попе ехал со своим другом. Друг сел. А эфеб стоял, нависнув над ним. А потом и около меня освободилось место, и стройный юноша с огромным блестящим перстнем на мизинце поспешил на свободное место, но тут водитель резко затормозил, юноша потерял равновесие, оказался у меня на коленях и посидел какое-то время на моем кожаном портфеле. Потом он, правда, сполз с моих коленей на свободное место, два раза произнес мягким голосом и-и-и-и-и-зззз-вин-и-и-ите-е, манерно растягивая букву «и», сложил руки на груди и стал улыбаться и смотреть на своего приятеля. А приятель тоже улыбался и показывал на меня пальцем, наверное потому, что когда автобус затормозил и юноша оказался на моих коленях, мое лицо (очевидно) просияло от удовольствия; я помню, я улыбался. Последний раз семнадцатилетний юноша сидел у меня на коленях очень давно; даже не знаю когда. (И сидел ли вообще когда-нибудь?)
А в метро на меня упал здоровый мужчина лет 30, от которого пахло темным пивом и потом, с грязными руками и в кожаной куртке, и мне было противно. А напротив сидела влюбленная разнополая пара, и они держались за руки и целовались взасос. И мужчина, целовавшийся взасос, был очень симпатичным, и я даже подумал, что мог бы заняться с ним сексом, и его целующийся вид меня даже возбуждал, но потом я заметил, что он держит в руках дамскую сумочку своей подруги и что у него белые носки, а я ненавижу, когда мужчины носят дамские сумочки своих подруг, потому что дамские сумочки оттого и называются «дамскими», что они предназначены для ношения женщинами, т. е. дамами, поэтому эти сумочки обычно такие маленькие и изящные, а белые носки — это не только моветон, но еще и непрактично.
12 апреля
Сегодня в метро ко мне снова прижалась влюбленная пара, и три остановки подряд обдавала меня жаром своих разгоряченных тел, влюбленные по очереди топтали мои ноги, и в конце концов мне это надоело. Я достал Империю знаков и положил желтую книжечку прямо на плечо молодому человеку и с невозмутимым видом стал как бы перечитывать любимые места. После того, как сладострастная девушка пару раз потерлась своей прыщавой щекой о книжку, она, наконец, поняла, что ей неудобно стоять ко мне так близко, и пара, к моему облегчению, отодвинулась. Краем глаза, однако, я наблюдал за другой парой; там девушка тоже слюнявила своего кавалера, и тот, украдкой, когда его визави начинала крутить головой по сторонам, брезгливо вытирал ее слюни со своего смазливого лица.
Потом в вагон ворвалась шумная компания из трех девушек и двух молодых людей во главе с коренастым керлем слегка за тридцать в темно-коричневой кожаной куртке. Он держал в руках котенка. От ужаса несчастное существо уже даже не мяукало. После того, как одна дама заметила, выходя, что котенок очень красивый и спокойный, керль стал крутить несчастным животным у меня перед носом и спрашивать, почему же я не восхищаюсь его котенком. Я сказал, что читаю, а когда я читаю, то не обращаю внимания на чужих котят. Тогда он грозным голосом приказал запуганному животному: насри ему в книжку! На что я парировал, что как бы котенок не обоссал модную кожаную куртку. Потом керль стал требовать, чтобы девушки, которые были вместе с ним, поделились с ним номерами своих телефонов; но девушки были не дуры (кому нужны мужчины с котятами?). Они сказали, что номеров у них нет, но зато они с удовольствием бы записали его телефон. И керль начал диктовать им свой номер, и девушки повернулись ко мне и сказали, что и мой номер с удовольствием бы записали тоже. Но тут состав стал подъезжать к Текстильщикам, и мне ничего не оставалось, как начать двигаться в сторону выхода.