Выбрать главу

Приехали рано утром, город был еще в туманной дымке, но туман и облака рассеивались, на горизонте постепенно проступал Пилатус, а к вечеру стало видно все окрестные горы, и снег на склонах окрасился в розовый цвет. Воздух очень чистый. На службе в католической церкви органист зачем-то играл попурри из песен группы ABBA.

У памятника швейцарским гвардейцам, погибшим в годы Великой Французской Революции, обороняя королевские дворцы от революционеров, я увидел много детей. Они были в ярких одеждах и лепетали писклявыми голосами. Когда подошел поближе, оказалось, что это не дети, а японские туристы.

В кафе была молодая пара с совсем крошечным младенцем. Младенец вертел головой по сторонам, выпучивал большие глаза и потом принимался плакать, и мама целовала его крохотные ручки. Интересно, что видят дети? Видел, как пожилая пара выясняла отношения в узком переулке. Прекрасно прогуливаться вдоль набережной Фирвальштедского озера.

25 февраля

В руки правоохранительных органов попала запись перехвата переговоров между самым опасным сегодня террористом Абу Мусаабом Аз-Заркави и бывшим охранником Усамы бен Ладена, 29-летним иорданцем Шади Абдалла. Из пленки следует, что у Аз-Заркави и Абдаллы роман.

Шади Абдалла: Я по тебе скучаю.

Аз-Заркави: Я по тебе тоже скучаю.

Шади Абдалла: Я о тебе спрашиваю все время.

Аз-Заркави: А я еще чаще!..

Шади Абдалла — гомосексуалист; этот факт, зафиксированный в подписанном им протоколе германской полиции два года назад, позволил следователям другими глазами взглянуть на перехваченные переговоры с Аз-Заркави по спутниковому телефону, в которых заметна тревога и волнение разлученных любовников.

Аз-Заркави: Успокой меня, скажи, как у тебя дела, как дела с религией?

Шади: Хвала Аллаху. Есть и взлеты, и падения.

Аз-Заркави: Хорошо. Нормально. Ты в порядке?

И так далее.

Данный перехват представляет собой уникальный факт в панораме международных расследований исламского терроризма, где обычно фигурируют совсем другие фразы, а также разговоры о терактах и религиозном фанатизме. А здесь речь идет о любви, хотя само слово «любовь» не употребляется. Или, по меньшей мере, об очень близких отношениях между двумя «крутыми». Сахди родился в Иордании, стране, где к гомосексуализму не проявляют терпимости. «Насколько я знаю, — рассказывал он (и это зафиксировано в протоколе) в 2002‑м, — в Иордании мне даже грозила бы смертная казнь за такое поведение». По этой причине он сбежал от своей очень бедной семьи и стал террористом. Особый характер отношений между кровавым террористом и его бывшим «солдатом» нашел подтверждение и вчера в ходе процесса, который сейчас идет в Милане в отношении ряда членов ячейки организации «Ансар аль-Ислам», арестованных в ходе операции «Базар». Шади Абдалла был допрошен по видеоконференции из Германии. На вопрос прокурора Элио Ромондини по поводу его отношений с Аз-Заркави, Шади не стал колебаться. И ответил так: «У нас были отношения». Поскольку речь шла о личной жизни, судьи не стали расспрашивать дальше, и все на этом закончилось. Однако перехват беседы террористов может лучше объяснить то, какие отношения имел в виду Шади, который жил с Аз-Заркави в одной палатке в тренировочном лагере в Кандагаре. В действительности в этом лагере было не до проявления чувств. Шади объяснил, что его приобщили там к использованию оружия, взрывчатки, ядов и химических веществ. По собственным словам, он превратился в «боевую машину», и его выбрал в качестве личного охранника бен Ладен во время своего двухнедельного пребывания в районе аэропорта Кандагара. Затем его отправили в Германию для совершения терактов против израильских целей и для сбора средств для организации Аз-Заркави. Его схватили до того, как он осуществил свои зловещие замыслы.

28 февраля

Не помню, рассказывал ли я о том, как ко мне в Москве в прошлый раз приехали гости, мы стали пить вино и есть разнообразные сыры, я пил и ел больше всех, и вскоре мне стало плохо, меня начало рвать, гости увидели, что мне плохо, посмотрели на часы и сказали: ой, уже так поздно, нам вообще-то домой пора, а я остался один и всю ночь блевал сыром шом, сыром аппенцеллер, сыром эдамер, сыром грюйер, сыром с сухофруктами и орехами внутри, сыром швейцарский камамбер и вином. Сегодня я пошел в магазин и случайно оказался перед полками с сыром, смотрел на сыр шом, вспоминал его бархатистую шершавую корочку, и чувствовал, что еще немного посмотреть на сыры и меня стошнит, что я не могу есть и нюхать сыр. Но это к лучшему. В Швейцарии, знаете ли, это большая экономия.