хозяйство надо сделать одно, другое, третье, я не рассчитываю со своим временем. Когда теперь я смог эту работу продолжить!
Разбаловался компьютер, не знаю, как буду восстанавливать Китай, часть которого куда-то улетела. Вот этот сюжет я пишу уже второй раз, потому что предыдущий последний вариант растаял, как сахар в стакане. Но, как всегда повторять все в той же последовательности лень. Еще один феномен, если все снова и быстро не запишется, то текст окажется совершенно иным. Так есть тогда или отсутствует объективность? Или она соотнесена и нерасторжима с актом творчества? И что более важно событие или его описание? Что пропало?
Ездил вечером на Скарятинский на секцию прозы. «Распределяли» премию Есенина, вокруг которой всегда целый ураган страстей. На всякий случай, начиняя дискуссию по этому вопросу, я сразу же сказал: у меня лично на эту премию претензий нет. Все, кажется, вздохнули, и мы дружно отдали премию Игорю Блудилину-Аверьяну. Здесь же на секции мне подарили предпоследние новые листки «Литературной России», где в статье о Гусеве В.Огрызконичтожно подгрызает меня. Я-то думал, что этот орган уже не выходит. Творческий метод В.Огрызко очень традиционен, он подбирает слухи, сплетни и домыслы. Мыслей особых нет, или они лежит на поверхности. Если Есин,значит, «имитатор», самому придумать что-нибудь сложно. Бульварно-литературный конструктор. Потом из «конструкций» Огрызко создает книжки. Газета бульварной литературы. В мелкой компании направленной против меня нет ничего неожиданного, вместе собрался ряд людей, которым я не люб. Кроме самого В.Огрызко здесь еще и Рома Сенчен, ушедший из института и Саша Гриценко, в свое время по моему недосмотру и с подачи Сережи Сибирцева, который вряд ли что-нибудь читает, получил диплом премии Розова. Как точно работает принцип: не делай людям ничего хорошего, обязательно пожалеешь. Но и этого, оказалось, мало. Сегодня, кажется, вышел еще один номер с большой рецензией Ю.Павлова, литератором из провинции, посвященная «Марбургу». Я полагаю, это реакция на мою защиту диссертации. Кому-то, скорее всего в нашем институте, неймётся. С другой стороны, а что ты, Есин, стонешь! Кого только не обгрызала недалекая и завистливая пресса! От Толстого и Достоевского до Солженицына и Шолохова. Так как «Литературная Россия» почти некогда не трогает и не рецензирует вещей, печатавшихся в журналах либерального направления, то данной заказной рецензией можно гордиться. Значит, перенесли меня в ранг крупных врагов.
Вышел новый номер «Русского колокола». Боюсь, поместив довольно много болгарских материалов, сделав это, в обмен на свою поездку в Болгарию, Максим несколько посадил номер. А ведь журнал, находится в стадии раскрутки.
26 мая, пятница. Весь день до вечера провел в Бутово, в ГАИ. Восстанавливал документы. Как бы мы не были злы на милицию, но дело как-то идет, и все стало заметно легче. Уже меньше по залам и возле
Окошечек толпится народу. Здесь много уже налажено, пишу об этом, потому что в 2000 году менял здесь свои права, и все помню. Теперь хотя бы не нужно ездить за три квартала в сберкассу. Пункт банка находится здесь же. В здании же работает и ксерокс, и столовая. Но везде, правда, не европейские, а
африканские цены. «Ксерокс» – 10 рублей за одну сторону листа. Банк берете за единственную операцию 7 процентов, столько не приносит на западе даже в год и недвижимость. В кафе комплексный обед – 270 рублей, маленькая бутылка коллы –30. Я взял один «хачипури» и маленькую бутылку «Святой воды» – это обошлось в 70рублей. На всякий случай. Чтобы бойче шла торговля водой, в «придворном» кафе лчая никому не дают.Где оформляются документы шныряет русского, модавского и кавказского народа с блатными глазами. Практически временные документы на вождение и потом повторное свидетельство о регистрации автомобиля я добыл шее семь часов. Правда, во время последнего стояния я вдруг почувствовал, что могу упасть.
Все время старался что-то читать из работ абитуриентов.
Барматина Елена, 1989, Климовск. Опять все то же: он-она-он. Он ее не любит. В данном случае на фоне какой-то музыкальной группы. Графомания, выспренная тоска, все хотят быть танцорами и певцами. Современную литературу не читает. «Нет».
Никитина Ольга, 1985, Москва.Читать это невозможно: разбалансированная, выспренняя графомания. Сюжетная и языковая каша. Много о душе и все очень возвышенно. Круг наблюдений телевизионно-книжный (книги с лотка). «Нет и нет»!
Гладий Диана, 1989, Сургут.
Вот тебе и экзотические имена, такие, как Гренделина, и фантазия, и фантастика! Но когда есть смысл и стиль – все идет, как на сливочном масле. Два рассказа: «Влюбленная людоедка» и «Свинья – это животное» позволяют говорить о талантливой девушке. Людоедка-великанша влюбляется в торговца и поросенок-поэт и эстет, и волки. Замечательно. «Да». + +
ПискареваМарьяна, 1988, Москва
Знакомые мотивы – мятущаяся девичья душа. Открывается все признанием: «Жизнь стала просто невыносима. Боль, разрывая душу и плоть, перешла все допустимые границы». Коротенькие рассказы не так плохи – здесь микро-философское содержание. Потом «девичья» повесть – это получше. Но все это я читал в десятках вариаций. Визуальный и смысловой фокус – на себя, тонкость, исключительность. Тем не менее, надеюсь, что это не потеряется. – – Мне – «нет».
Кадралиева Инна, 1987, Реутов
Экстатическая проза назывных предложений. Смысл с трудом, как переводная картинка под влажным пальцем, проявляется и высвобождается из-под массы слов. За кулисами текста назойливая исключительность автора. Мне не подойдет. + – Мне – «нет»
Тимченко Григорий, 1989, Москва
+ + +. Ряд рассказов-размышлений, в которых главные герой очень непростое «я». Автор и повествователь. Все это близко к замечательной русской эссеистике, где так много значит «совесть», «сострадание», «вера». Отчетливо индивидуальный язык, духовная взрослость. Опять удивлен – парень-москвич.. «Да». + + +
Комарова Дарья, 1988, Павлодар.Девочка в прошлом. Это стиль и изящная романтика прошлого века. Есть все шпаги. маркизы, рассветы, есть даже умение складывать слова. По очень молода, еще не созрела. нет жизни. Для меня «нет» + –
Вечером дома всосался в «Литературную газету»
27 мая, суббота, 28 мая, воскресенье. Наконец-то, машиной выехал с СП. на дачу. Сегодня довольно холодно. По дороге заезжали в «Перекресток», затоваривались продуктами. Витя еще раньше, в пятницу вместе с Сережей уехали туда на мотоцикле. В теплицах у меня полный разор и запустение. Топили баню, что-то случилось с проводкой, где-то замкнуло, утром начнем смотреть. Много читал абитуриентов, утром в воскресенье занимался дневником. Вечером около семи позвонила после диализа В.С., она, как только может, охраняет мой дачный режим, понимая, что здесь мое здоровье, сказала, что видела меня по телевизору по «Культуре». Это старая передача, которую зимой готовила Таня Земскова. О чем я там говорил, я естественно, уже не помню. Свитер на мне, сказала В.С., был хороший. Но если она меня не ругает, то, значит, все было неплохо. Все утром читал абитуриентов.
Вечером уже в Москве смотрел по видео фильм Аттенборо «Голый завтрак» по Берроузу. Как мне нравится сильный, очень точный и крупны, по метафоре, фильмы Аттенборо. Есть определенные параллели между стилем определенных писателей и стилем кинорежиссеров. Очень удивился, когда узнал, что фильм этот 91-го года, но ведь не устарел. В.С., оказывается, его видела еще в 94-м, на фестивале в Каровых Варах.
Чтение перед сном. А собственный роман – стоит.
29 мая, понедельник. Живу в ощущении ожидании боли и предательства. В большой степени это связано с тем, что сознание мое занято постоянными размышлениями о судьбе В.С. Еще никогда я так не ругал себя за некоторое отдаление от её проблем и никогда так много о ней не думал. Заканчивается не только лимит жизни, но и лимит терпения и противостояния – а, в принципе, жить так интересно и увлекательно. Столько можно еще сделать, доказать и написать,