Вернувшись с работы, сел смотреть фильм Сергея Мокрицкого «Четыре возраста любви». Я не очень люблю такие фильмы, разнесенные по новеллам, но здесь все мне показалось и сильным и значительным. Правда, лента чуть умственная, чуть рассчитанная на фестивальный просмотр, но в отличие от многого, что я видел, обостренная форма запомнилась. Самая сильная новелла сыграна Лией Ахеджаковой и Игорем Ясуловичем - все это очень напомнило мне мои отношения с Валей. Игоря я, кстати, хорошо помню по «Аттестату зрелости», да и с Валей он, судя по ее рассказам, - как я все помню, связанное с ней, - играл или в «Ревизоре» или в «Женитьбе», на школьной сцене. Еще понравилась самая первая новелла - о молодых мальчике и девочке, начинавших свою жизнь с убийства и смерти, еще - о женском одиночестве и еще одна - о родителях, потерявших в Чечне сына. Чечня становится общим сюжетом нашей литературы и нашего кино.
Ничего не пишу, продолжаю читать рукопись дневников за 2004 год. Читать значительно труднее, нежели писать.
21 апреля, среда. Вчера в конце дня видел по телевидению, как В.В. Путин лихо отчитывался за проделанную за год работу. В частности, он сказал, что кризис у нас в стране миновал, мы успешно его преодолели, и экономика успешно развивается. А сегодня по «Эхо» облеченные именами и званиями специалисты утверждают, что кризис, может быть, и преодолели, а вот с промышленностью плохо - просто цифры дают выросшие цены на нефть. Сегодня же передали о том, что после встречи Медведева и Януковича в Харькове - вот место встречи мне понравилось страшно, это все-таки русский город и недаром Харьков когда-то был столицей Украины - договорились, нефть для Украины будет стоить на 1/3 дешевле, но Черноморский флот может оставаться в Севастополе еще 25 лет. Что-то еще говорили о каком-то невероятном ограблении чуть ли не с участием сотрудников Центробанка, но об этом, если все это не плод моих фантазий, я прочту завтра в газетах.
Был в институте, занимался объявленным здесь конкурсом ко Дню Победы, но главный сюжет - это мое утреннее посещение офиса охраны. Прозу обещал прочесть Б. Леонов, публицистику - Ю. Апенченко, а читать поэзию завтра утром приедет из Переделкина В. Костров. Для этих опытных людей расставить приоритеты - дело плевое.
Удивительное заведение наша милиция! А охраной квартир занимается именно она. Не было за последнее время года, чтобы там не подняли оплаты. Причем, каждый раз надо обязательно приехать в их офис, каждый раз отстоять очередь, потом обязательно нужно сходить в банк и поменять все реквизиты. Причем, удивительное дело, это учреждение еще и начинает делиться: раньше охрана и техническое обслуживание составляли единое целое, а теперь это уже две организации, и ты должен заключить договор с каждой. И каждая в этом году прислала мне по письму: главное в них, что до 27 апреля надо придти в офис на Ленинском проспекте и заключить договор на установку в квартире нового прибора по охране. Ну, к этому я уже был готов, потому что мой сосед Михаил Михайлович Бржезовский мне уже об этом сказал и даже назвал цифру: 16 тысяч рублей. Прибор подразумевает и некоторые удобства: не надо перед уходом никому звонить, достаточно набрать на панели определенный порядок цифр.
Все это означает не только трату времени, но и по деньгам накладно.
Выбираю день, когда утро более или менее свободно, прихожу в милицейское логово, сижу и жду своего часа и сразу же мне: у нас поменялись планы - зайдите после 25 мая. Легкие раскаты скандала не описываю. Я служащих понимаю, они уже начали готовиться к встрече весеннего праздника, а потом пойдут долгие весенние каникулы, но ведь я должен все время помнить, что надо снова выкраивать из плотного графика время. В конечном счете, естественно, какая-то милая тетя начала мне выписывать направления. Опять, естественно, два счета: один за установку прибора, другой за что-то другое. Потом еще в банке мне выписали дополнительно два счета за перевод денег. Но тетя оказалась довольно доброжелательная и предупредила, что один счет можно оплатить и в Сбербанке, где за это возьмут три процента от суммы, а другой, большой счет, лучше оплатить в находящемся рядом коммерческом банке, где за перевод четырнадцати тысяч рублей возьмут лишь один процент. Здесь тоже возникает существенный вопрос, связанный с нашей жизнью, - как же начинает грабить наш основной государственный банк. Но, впрочем, возможно, все это между банкирами согласовано, и так велик процент именно для того, чтобы люди шли в коммерческие банки - банкиры, полагаю, везде одни и те же.
Естественно, я все сразу же и оплатил, но потом потребовалось по факсу передать копии счетов обратно в милицейское логово, а мне в свою очередь на двенадцатое мая приказали не ставить квартиру на охрану, а тринадцатого с 10 до 13 часов ждать мастера. Я вписал это указание рядом со своим служебным расписанием, где театр, экспертные советы, студенты, экзамены и многое другое.
Как же я хочу освободиться наконец от рукописи с дневниками! Надо бы кое-что из нее вычистить, но пока не решаюсь. Займусь этим, пожалуй, в верстке. Впереди еще и огромный словник, к которому я готовлюсь, как к битве.
22 апреля, четверг.Встал в шесть утра, час читал рукопись Дневника за 2004 год после корректора. Это совершенно изумительный специалист, я уже с нею встречался ранее, она не только все знаки и слова ставит на место, но и многое правит по смыслу и по знанию реалий культуры. Для меня с моей небрежностью к деталям это - невероятная помощь. Но в принципе чтение версток меня доканывает. Во-первых, начинает залетать чувство страха: не очень ли ты обидел людей, с которыми подчас ты в добрых отношениях? Ну, было, было, но ведь прошло. Бросаются в глаза длинноты и некоторые провисания в тексте. Надо бы подсократить, но сам не решаешься. Не слишком ли много быта, не мало ли «сокровенного»? А где духовный мир автора - он весь за книгами, событиями, его сомнениями и мелкими поступками.
Еще до того, как уехать в институт, около одиннадцати, получил эсэмэску от Ашота, что «Литературная Россия» опять поместила материал об институте. Почти с восторгом от чужой смелости Ашот пишет - досталось, дескать, всем, кроме вас. Так как с Ашотом мы живем не только в одном доме, но и в одном подъезде, то я сразу же в одиннадцать ноль пять - телефон дает удивительную возможность все задокументировать - пишу ему: «Ты где?». Он отвечает, что уже уехал из дома. По мере чтения - Ашот, видимо, ехал в метро, он у нас усердный читатель, - верный соседу снабжал меня все новой и новой информацией. В одиннадцать часов двенадцать минут снова пишет: «С.П. с издевкой назван великим писателем современности». В одиннадцать часов семнадцать минут новое добавление: «Сильно прошлись по Стояновскому и Киселевой». Я начинаю нервничать все сильнее и сильнее и отвечаю: «Я скоро в Лите, не выпускай газету из рук». В одиннадцать тридцать получаю дополнительное разъяснение: «Газета пришла сегодня из институтской библиотеки, но ее уж затребовали». Подразумевается, что «наверх».
Я окончательно расстроился и, пока ехал и шел к институту, уже решил, что, видимо, надо будет вмешиваться мне, писать какую-нибудь статью в «Литгазету», и уже придумал первую фразу: «Братцы, что же вы все врете и врете…». Во дворе встретил меня Ашот с газеткой в руках, тут же я все это прочел и обнаружил, что это такая же доморощенная и подставная липа, как и в прошлый раз. Как и положено, у своеобразной прессы существует только ничем не подкрепленный и несоответствующий содержанию заголовок: «Литинститут как школа приспособленчества». Оппонент иссяк, ибо материал все тот же, условный или лживый. Из новых наскоков досталось лишь несколько мелких придирок Стояновскому и Светлане Киселевой. Здесь «правдоруб» под псевдонимом «Максим Пешков» бьется за то, чтобы студенты могли не посещать институт, а, дескать, получать навыки, уже чуть ли не с первого курса работая. Ссылается на факультет журналистики МГУ, на Университет печати. Это сомнительный тезис. Я помню, как встречался с буквально неграмотными студентами-журналистами, приезжавшими ко мне с телевизионными камерами. Так, выигрывая деньги на ночной клуб и пару модных штанов, можно проиграть жизнь. Я полагаю, что наши студенты более честолюбивы.