В такой ситуации оставалось одно. Бежать.
Рам откинулся назад, готовый снова приложить меня цепом. Я метнулась в гостиную и, когда он настиг меня, подняла руки к вискам, готовясь к сокрушительному удару по голове.
Краешком глаза я увидела Нан — она протянула руку и отклонила удар. В тот же миг я почувствовала, как меня схватили под мышки, оставив висеть в воздухе: Лучиана держала меня, в то время как рука Пуи метнулась прямо мне в грудь. Ощущения были такими, будто она вскрыла меня, и я завопила. Я услышала, как Тео позвал из своей спальни. Передо мной появился Джеймс и двинулся к комнате Тео. Но Лучиана и Пуи его увидели.
— Не смейте! — завопила я, и Пуи улыбнулась мне в лицо, наклонилась вперед и нырнула в меня так легко, как вы ныряете в свой чулан.
В тот момент, думаю, я увидела ад. Пуи забрала меня туда, вытащив из моей плоти и протащив дальше — вниз по темной стремнине в мир настолько ужасный, что я почувствовала его жестокость в своих костях.
А потом — темнота.
Я слышала стуки, рев и вопли, но далеко, будто меня тащили в другое место, в другое время.
Очнувшись, я поняла, что лежу, растянувшись, на полу белой комнаты, голая. Перепуганная. Что это? Я в аду?
Я подтянула колени к груди и задрожала.
— Нан? — позвала я. Потом: — Тео? Тоби?
За мной раздались шаги.
Я повернулась. Только спустя минуту-другую я поняла, что сияющая фигура передо мной — Нан. Ее лицо светилось, как луна, крылья были раскинуты — широкие полосы красного света. Ее платье было не белым, как раньше, и не из материи. Она словно подняла поверхность озера, отражающего закат, и накинула его на голову.
— Просто скажи мне, — попросила я, дрожа так сильно, что слова будто вибрировали, выходя у меня изо рта. — Сейчас я отправляюсь в ад?
— Вряд ли, — спокойно произнесла Нан. — Я только что спасла тебя от того, чтобы ты стала последним обитателем ада.
— Но я отправлюсь туда, верно? В будущем?
— Только Бог решит, какими будут последствия твоих деяний.
Это было небольшим утешением. Я знала, что она не будет мне лгать. Но я должна была повернуться лицом к правде. Нан спасла меня от ада, но не навечно. Она только отсрочила мое прибытие туда.
Я встала. Протянула руку и дотронулась до ее платья.
— Почему ты изменилась?
— Мы все меняемся, — после долгого молчания ответила она. — Как меняется человек, превращаясь из ребенка во взрослого в течение смертной жизни. Когда я спасла тебя, я стала архангелом.
— Почему?
— У каждой группы ангелов своя особенная роль в служении Господу. Некоторые из нас становятся Силами; другие — Добродетелями. Немногие становятся Херувимами, которые защищают людей и помогают им узнать Бога. Еще меньше ангелов становятся Серафимами.
— А еще меньше ангелов оказываются в аду, да?
Мимолетная улыбка.
— Вот, — сказала Нан, и я, посмотрев на ее протянутую ладонь, подняла руку, чтобы защитить глаза.
Она держала белое платье.
— А как же голубое?
— Его больше нельзя носить. Это все, что осталось.
И она протянула мне маленький голубой драгоценный камень на золотой цепочке.
Я скользнула в белое платье, потом повесила на шею драгоценный камень.
— Что дальше? — спросила я. — Я изменила жизнь Тео?
Нан снова протянула руку. В ней появился параллельный мир размером со «снежный шар», потом он расширился, став величиной с дыню. Я встала ближе и вгляделась в него. Внутри, как отражение на воде, возник образ Тео, подростка, почти юноши. Жестокого, смотрящего зверем. Сначала я подумала, что он сидит за деревянным столом в канцелярии, но потом поняла, что он — в суде, одетый в обычный оранжевый наряд заключенного. Он сидел, повесив голову, пока оглашался приговор.
— Виновен! — произнес женский голос.
Его подняли на ноги и увели.
— Вот как? — закричала я. — После всего этого Тео получит пожизненный приговор, а я отправлюсь в ад?
Я посмотрела на Нан в поисках ответа. Она не ответила.
Я упала на колени.
Я долго всхлипывала, стоя на четвереньках, позволяя слезам проливаться на белый пол. Все, что я сделала, ни к чему не привело. Даже примерно я не могу описать свои чувства.
В конце концов я вытерла лицо и встала перед Нан.
— Что мне теперь делать? — спросила я. — Я хоть что-нибудь изменила?
— Да, — ответила Нан. — И не все из этого доставит тебе удовольствие. Ты можешь стать свидетельницей того, как Марго принимает решения, которые расстроят все твои планы.