Фред с переговоров приехал усталый. Много раз ментальный дар применить пришлось. Хоть он и не мог условия диктовать, как Михаил, но и считывание мыслей тоже много силы забирает. Рассказал Михаилу, что положение Владислава было шаткое, заслуг особых перед Польшей не было, денег тоже. Бунтовали предавшие Россию Наемники, денег обещанных требовали. Басурманин Мубарек тоже просил вернуть обещанное, бежать хотел. Султан ему за ослушание смертный приговор вынес. Но настигла его чашка кофе с алмазной пылью, там же, в Крыму, под Феодосией. Да и в головах Панов нет-нет да появлялись мысли, что выборы стоит переиграть, вместо полушведа Вазы выбрать Литвина, или поляка, из Магнатов, и снова с Россией повоевать. Поэтому русской делегации пришлось польского короля спасать. Владислав свой титул пустой продал за 20 000 серебром, обрадовался, что деньги получил, и понесся в Европу свататься, наследника произвести требовалось. Так что откупились от опасности новой войны, на которую сил у государства не было, русской землей.
Но Михаил был доволен. Появилось время снова порядок в стране навести, армию реформировать. Осенью приехал к нам на охоту. Располнел, расползся. Это часто с сердечниками происходит. Не выдерживает нездоровое сердце нагрузки. Так что больше в скачках с собаками участия не принимал, а Мише я прямо запретила. Ездили оба в тарантасе. А за борзыми скакали Настя с Фредом. И, тайно возвращенный Михаилом из ссылки, князь Семен Прозоровский со старшим сыном, отроком 11 лет. Ну и нашему Косте 10 стукнуло, тоже первый раз разрешили поехать на охоту. Михаил все на Фреда любовался. Все обсуждал, как бы других толковых людей из-за границы к нам переманить, русскими сделать. Долго они с Мишей об этом говорили, планы строили. В Москву вернулись все вместе, в начале ноября. Миша пока остался номинально главой приказа Посольского, но занимался только важными вопросами, а всей рутиной руководил Фред, получивший после переговоров чин боярина и официальное назначение вторым лицом после Миши.
Эпизод 6207 - 11136, (5 ноября 1634г. - 10 мая 1644г.).
Вот и подходит к концу мой дневник, а с ним и жизнь моя. Десять лет прошло, как один момент. Дети повзрослели. Мария, младшенькая, 12 годочков справила, почти невеста уже. И обручена с ее же согласия. Рано, конечно, но у нее с младшим Шереметьевским сынком пока дружба навеки, надеюсь в любовь перейдет. Не перейдет, расстанутся. Шереметьев умен, трагедии делать не будет. Все это время Миша тихо прожил. Уезжал только летом, в предгорья Камня, где он какие-то промыслы организовывал. Мастеров выписывал, с Фредом обсуждал. Сразу сказал, Константину не оставит. Балованный красавчик вырос. Слишком охоч наш наследник до легкой жизни. Забросит дело, такое для России важное. Фреду Миша промыслы передаст. Тот и алхимию изучал, и железным делом интересовался. Устюжен тоже ему передаст. Слабел потихоньку Миша, таял. Так и не оправился от той роковой поездки под Смоленск. Последние пять лет отпросился у Михаила с поста главы приказа, в отставку ушел. Михаил клял Шеина и ругал себя, что позволил Мише ехать, его выручать. Мне прямо так сказал:
– Черт с ними, ну не убыло бы от меня чести из-за капитуляции Шеина, пережил бы. А Мишка бы не болел. Да былого не воротишь. Хочется Шеина выкопать и еще раз казнить, за Мишку. Если бы это ему здоровье вернуло, так бы и сделал!
Я все почти время тратила на поиски снадобья против чахотки. Даже из дальних земель, что на другом конце земли нашей, корешки мне волшебные присылали, на человечков похожие. Мише от них легче становилось, но временно. Закончились, и снова тает на глазах. Одно хорошо, кровью пока не кашляет. Как-то сидела я у печки теплой, руки после поездки к царю грела. Его сердце так и нуждалось в поддержке.
Настя подошла. Поговорили с ней, она из-за отца сильно расстраивалась. Она и скажи мне фразу, что меня на догадку навела.