На время его болезни Алену к нему не пускали, за плод боялись, но она баба крепкая, выносила нормально, и родила спокойно. Князь повитухе заплатил и велел месяц до родов жить в усадьбе, что бы точно заразы не принесла. К весне пошел мор на убыль. Кто переболел, кто помер. Переболевшие уже больше никогда не заболеют этой болячкой. Так бабушка сказала. Вздохнули спокойно, но я еще поостереглась выезжать из усадьбы.
Но тут ко мне гостья пожаловала. Жена Салтыкова младшего, тоже Михаила. Услышала, что моя бабушка ведунья, и приехала, попросила зелье младенцу от живота. Сынка ее от червей желудочных лечили, да косорукая травница зелье неправильно сварила. С тех пор поносом мается. Муж ей и запретил к простым травницам обращаться. Бабушка приболела, и меня попросила. Все-таки родня государю, не откажешь. Я сварила, и поболтали мы с ней. Все выспрашивала, замужем ли я, почему у Муромских живу. Я так, аккуратно и сказала, что замужем за родичем Муромских, сама из Новгорода, там шведы. Часть вотчин разорили, муж на службе царской, воюет, вот нас с бабушкой и приютили, переждать. Мы пользу приносим, обе ведуньи, лечим и отвары варим. Она еще посмеялась, что у нее сын, у меня дочь, можно обручить. Раз мать красавица, дочка в нее пойдет. Я отшутилась, а вдруг в отца? А он не столь пригож, вот и вырастет страшилищем! Так и расстались. Потом подарок прислала, штуку шелка, как бедной родственнице. Я брать не хотела, бабушка настояла. Сказала, Дашке отдай, но не отказывайся. Назвалась приживалкой, соответствуй!
Потом снова дни потекли ровные из всех событий только роды у Алены. Я помогала, мальчик родился. Бабушка головой покачала, и велела ей так часто не беременеть, вредно. И дала отвар травок бабьих.
Незаметно Пасха подошла. В Субботу поехали мы всей семьей в церковь ближайшую, святить куличи, яйца и пасхи. Княгиня всех женщин собрала, с детками, сказала, что всенощную они еще малы стоять, так пусть хоть на освящение сходят, причастятся и богослужение посмотрят. Я Настю тоже повезла. Мала, конечно, но много уже понимает, лопочет что-то, и на ножки уже становится, пока с поддержкой, рано еще. Хорошо съездили, душевно. Возвращаюсь, а меня князь к себе приглашает. Передала Настю няньке, пошла.
Он меня усадил, улыбается, и рассказывает, что приезжал купец, которому он заказал подарки для детей к Светлому празднику, тот привез, вовремя, и еще письмо, от встреченного им в городе Острове немца письмо. Якобы к учителю Аглицкого Твистоуну, что у Шереметьева живет. Но почему-то попросил немец передать сразу князю Муромскому, а он уже его к Шереметьеву отвезет. Купец сомневался, но князь письмо взял, и как распечатал, сразу купца наградил. От Миши письмо было. Предупреждал об атаке шведов на Псков. А до этого на подворье Митрополита Московского, что пока Патриарха замещал, голубь прилетел, из того же Острова с предупреждением о той же атаке. Они сомневались, Миша ли прислал, и мне он не сказал ничего, теперь ясно, что Миша. Рука явно его. Письмо мне дал прочесть, но не отдал, сказал, нужно оно ему будет.
Я поблагодарила, и пошла к двери, хотела одной побыть, пережить радость, что с Мишей все в порядке, и тут меня как толкнуло. Почувствовала чародейство Мишино. Прислушалась к себе, точно! На лавке в кабинете подарки детям сложены, в мешочках, с именами вышитыми, и из одного так чародейством и тянет. Попросила князя посмотреть, что в мешке, Он пояснил, что там для дочки Катерины, племянницы, подарок – кукла и котенок меховой. Упросила посмотреть. Кукла роскошная, деревянная, с волосами настоящими, и на ней точно, метка чародейская, Мишина. Видно, увидел куклу, решил, что для дочери, и пометил. Весть прислал! Еле уговорила князя поменять кукол. Моя-то мала, года еще нет, ей он попроще куклу заказал. Объяснила, что пометил эту куклу Миша, дочка поймет, плакать будет. Князь и разрешил поменять. Сомневался, что малая поймет, но разрешил. Но все правильно я сделала. Настя, как увидела куклу, вцепилась, и вдруг слово первое сказала: - Папа!
Поняла! Мала еще, а чародейство уже чувствует. Куклу прижала, гладит и твердит: - Папа!
Наталья объяснить ей что-то пытается, пришлось князю сказать, что куклу Миша из Англии прислал, а малая почуяла. Так и Катерина не обиделась, что ее дочке кукла совсем простая досталась. Только мне немного обидно. Обычно дети первыми «Мама» говорят, а Настя – Папа! Но главное, что бы папа ее вернулся к нам целым и невредимым. Остальное неважно!