Тут Марфа пришла, пора было к невестам идти. Спросила недовольно, куда Муромский побежал, когда он здесь нужен! Михаил ответил:
- Послал собрать сведения кое-какие, срочно.
- Сын, а платок где? Что вручать будешь?
- Платок там, где он нужнее всего, а сегодня выбор не объявлю. Скажу, до завтра думать буду. Царь я, или не царь? Подождут.
Филарет подошел, вышли они всей семьей. Михаил на трон сел, поглядел на девиц, потом встапл, прошел вдоль ряда, около Волконской задержался, словно искал кого, только девица, что за духами ходила почему-то стояла с опущенной головой. Постоял Михаил, усмехнулся, а пошел дальше. Снова сел, объявил:
- Всех увидел, думать буду. Завтра волю свою объявлю.
Все молча разошлись. Марфа меня тихо спросила, что все это значит. Объяснила ей, по старой дружбе, что заприметил Михаил девушку из прислуги княжны Волконских. Видимо, переговорил с ней, платок ей оставил, а Мишу послал все про нее разузнать.
- Что, опять на тебя похожа?
- Нет, нисколечко. – И описала сцену с княжной и духами.
Тут Настя вступила. – Хорошая девушка, только бедная и затюканная, боится княжны. Идти ей некуда. Отец ее отдал на воспитание в семью Волконских, как дальнюю родню. Сам с сынком с хлеба на воду перебивается. Разорена его вотчина во время с смуты.
Марфа промолчала, только головой покачала. Отпустила нас домой, отдыхать. Только пообедали, как просят снова приехать в Кремль, и вместе с Аглаей почему-то.
Приехали. Марфа и объясняет, что срочно надо девицу проверить, на мысли, на здоровье, и на девство. Михаил твердо заявил, что никого другого не выберет. Они с Филаретом боялись, что она не дворянка, уперся, говорит, если не дворянка – сделаю. Она сына знает, в третий раз если не получит желанную девицу, вообще не женится. Миша мой разузнал о ней все, вроде и дворянка, род древний, но обнищавший. Теперь только сомнения развеять относительно здоровья и чистоты. Были слухи о поползновении на нее сынка князя среднего. Для этого нас и пригласили. Послала Марфа боярыню, привести девицу тайно, что бы не догадался никто, опять бы не извели недруги.
Привели девушку. Миловидная, только перепугана до смерти. Марфа приказала ей платок показать. Та достала, начала оправдываться, что тот платок ей боярин сам дал и хранить велел. Я Марфе шепчу:
- Она его не узнала, Михаила, вот и переживает, бедняга.
- Ничего, сейчас успокоим. Как по здоровью?
- Здорова, только тощевата, от бескормицы, видно.
- Ничего, откормим! Боярыня Аглая, прошу, проверьте девство. Раздевайся, Даша, и ложись на лавку.
Девушка испугалась, что сечь будут. Марфа успокоила.
- Девство твое проверят, слухи ходили о тебе и среднем сыне князя.
Девушка возмутилась:
- Да я, да ни за что! – но на лавку легла и проверить себя бабушке моей дала, хоть и трясло ее всю.
- Все, одевайся, Даша, – приказала Марфа, – проверки прошла. Можешь звать меня Государыня – матушка. Будешь кротка и послушна, и жизнь у тебя приятная будет.
- А платок, государыня? Тот боярин велел хранить его.
- Понравился боярин?
- Да, красивый и добрый.
- Сделаешь сына счастливым, и я тебя любить, как дочь буду!
Девушка побледнела вся, не понимает. Тут я сообразила, что Михаил ей не представился. Шепнула Марфе:
- Вы ей хоть скажите, зачем все это, она не понимает. Михаил ей не представился.
- Господи, царя не узнала! А я-то гадаю, чего трясется, как овца? Другая на ее месте бы прыгала от радости!
Даша охнула: