- Иван, вези во Владимир!
А когда изумленный Ванька спрашивал своего господина, по какой дороге ехать во Владимир, интересовалась, почему Прозоровские не учат своих кучеров географии. Правда, узнав, что противный Андрейка после очередного провала выпорол кучера, перестала с ним разговаривать на неделю. Самое плохое было в том, что компания этого недоросля плохо влияла на сыновей. Они то огорчали добрейшего отца Андрона, отказываясь учить латынь, то грубили Микки на уроках Английского языка. Так что Михаилу волей-неволей приходилось браться за розгу. Он прибегал к ней нечасто, но придерживался правил своего отца – наказывать за проступки только собственноручно. Зная это, добрый Микки старался скрывать плохое поведение княжичей, что бы не расстраивать Мишу, но не всегда это удавалось. Чаще всего на братьев жаловалась Настя. Не потому, что была вредной, она просто любила Микки, и не переносила, когда его обижали. Помнила, как он, чуть не плача, привез прощальные письма Михаила из-под Пскова, и как на следующий день, толком не отдохнув, настоял на том, что он обязательно должен ехать обратно, выручать хозяина. Так что ситуация в имении была напряженная. Я уже не рада была, что Михаил созвал такое большое количество народа, хотя это и было правильно. Новый хозяин земель должен был явить себя обществу. Так что мы с Агафьей крутились, как белки в колесе. Подсчитывали, сколько еще скота, птицы, рыбы и прочих припасов надо на такую ораву.
Решили часть подати взять продуктами. Михаил одобрил. Осенью должен был прийти оброк с моих владений, так что забрав в счет подати скотину, положенную часть в казну уплатим деньгами. Вот и выйдет, что как будто припасы мы покупаем. Ничего, не обеднеем! Хуже всего, что не хватало посуды на всех гостей. Решили пока не покупать новую, мы уже заказали в Англии и блюда, и приборы из олова. Выглядят богато, и не вводят гостей в искушение, как серебро. Серебром сервируем только царский стол и для самых знатных гостей. Остальные поедят на олове, а на дальний конец, вообще глину поставим. Мелкие дворяне иногда и из деревянных плошек едят. Вроде все решили. Наняли побольше девок в посудомойки, и поварихе в помощь. И мальчишек деревенских, блюда подносить на дальний конец. Царский стол Агафья с Николаем вызвались обслужить. Это не зазорно. Столы подальше – дворовые холопы. Ну а для самого дальнего конца и мальчишки еле-еле обученные сойдут. Только все подготовили, приехал Михаил. В этот раз народу с собой мало взял, знал, что Миша, по обычаю, приглашает всех дворян со своих земель, для знакомства. Так что приехал только с семьей Шереметьева, да с Черкасскими. Шереметьевым обрадовалась. Его сыновья были ровесники с нашими хулиганами, надеялась, что оторвут их от неподходящей компании. На следующий день Государь отдохнул с дороги, и Миша объявил большую травлю стада кабанов, расплодившихся в этом году немеряно, и портящих посевы у крестьян. Это была охота грубая, кровавая, и опасная. Кроме самих охотников, вооруженных рогатинами, что бы удаль свою показать, принимали участие и обученные охотиться холопы, с фузеями. К каждому охотнику для страховки приставляли холопа с ружьем, и псаря с парой меделянов, травильных собак большой силы и злобы к зверю. Такая пара могла на берлоге, зимой, взять медведя. К человеку же у них злобы не было. Маленький Костя верхом ездил на самом крупном кобеле лет с трех, пока отец не купил ему шотландскую мелкую лошадку – пони. На эту травлю ни женщин, ни молодежь не брали. Опасно. Только опытные охотники.
Я немного волновалась, молодежь без присмотра останется, как бы чего не вышло. Девиц многие из гостей с собой захватили. А дворянчики молодые разные, некоторые воспитаны плохо. Так что отрядила старого Николая с сыном приглядывать. Он и увлек отроков конными скачками, ла потешными поединками на деревянных мечах. А бабушка Аглая собрала нянек-мамок, что с девицами приехали и, бережения ради, устроили они и девицам соревнования, кто нить тоньше спрядет, кто цветок краше вышьет, и прочие забавы. Так что оказалась молодежь и под присмотром, и занята. Завтра легче будет. Михаил собрался стаю волков затравить борзыми. Разбойничала та стая в округе, много урона крестьянам наносила. Наглые были и хитрые. Но наши охотники выследили, обложили стаю в овражке неподалеку от Бобриков. Там местность подходящая, кусты невысокие и поля большие, где у крестьян скот летом пасся. Как раз для борзых. Жаль, мне нельзя будет поехать. Опять ребенка жду. Можно было Мише и не говорить пока, но опасаюсь, не повредит ли плоду скачка за собаками. Так что призналась накануне приезда Государя, предупредила, что охотиться не буду. Миша одобрил. Предложил в тарантасе поехать. Отказалась. Нечего душу травить, завидовать всадникам. Пусть Настя за хозяйку будет. Она как раз себе костюм для охоты татарский справила, с шароварами, обновить хочет. Только зачем-то в пару к себе пригласила противного Прозоровского. Зная Настю, неспроста. Задумала что-то!