- Незачем тебе в этом мараться. Раз Филарету религия глаза застилает, пусть так и будет. Обозленные английские католики были бы не в пример честнее. Хотя, если мы побеждать будем, то наемники не предадут. Они любят победителей.
Осенью, в начале Листопада, государь изъявил желание в Бобрики поехать, охотиться. Миша, конечно, с ним. Обещал мне заодно привезти детей обратно. Я спросила про Настю. Миша усмехнулся, пояснил, что он с собой Фреда берет. Тот жену обратно и доставит. А Фреду полезно возобновить знакомство с царем, особенно теперь, когда он по-русски говорит свободно, без перевода. Он хочет его окончательно утвердить в качестве преемника. Поехали.
Мишины расчеты оправдались. Ничего так не помогает сближению, как узкая мужская компания, охота, баня и посиделки с общей выпивкой и закуской. И не имеет значения, что государь пьет вино, а его собутыльники – квас. Главное – вместе. Так что вернулся в Москву Фред полноценным дьяком, с видами на звание окольничего. Миша, наоборот, был какой-то смурной, и вечером мне признался, что ему придется опять уехать. В Турцию. Там молодой султан берет власть в свои руки, отстраняя регентшу-мать. Поэтому решено было отправить посольство, с целью добиться от султана хотя бы временного прекращения набегов крымских татар на юг России. Государь поддержал Фреда, вызвавшегося ехать, но он отговорил. Во-первых, молод. Моложе султана. Могут принять за неуважение. Во-вторых, Настя. Он так Михаилу и сказал, что несколько раз приходилось ему оставлять меня или сразу после родов, или вообще, беременную. Для своей дочери он такой судьбы не хочет. Государь понял, и согласился, что Миша лучше справится. Через неделю он уедет. Как только дары султану пересекут границу Турции. За его легкие бояться не надо, Турция на юге, там зимы почти нет. И ему такая поездка даже полезна будет. Вздохнула я, согласилась.
Потом государь, когда я его сердце в очередной раз лечила, извинялся, что опять Мишу отправляет надолго. Я сказала, что все понимаю. И ради Насти согласна. И тут он стал Фреда хвалить. Зовет Федей, хвалит за ум и знание Европы, обещал, если он с Посольским приказом в отсутствие Миши справится, окольничим сделает. Я руками всплеснула. Молод же. А Михаил посмеялся. Молод, да удал! По себе судит. Удержал же Россию в 17лет, а тут всего лишь приказ. И похвалился, что такого хорошего зятя нам сосватал. Я к Мише. Как же так, как Фред с приказом справится? Он смеется, пояснил, что он объявит всем, что даже по местническому закону Фред знатнее всех остающихся, значит, право имеет. А кто недоволен, или смуту в приказе устроит, работе мешать станет, так у него есть договоренность с государем, переводить таких в другие приказы по первой жалобе его заместителя. У государя много вакантных мест и в разрядном приказе, и в поместном. Так что он с радостью недовольных туда переведет.
Этих приказов все боялись и шли туда неохотно, хотя, место хлебное. Но опасное. Контролировал там работу сам Филарет, имевший репутацию скорого на расправу. Какой толк подношения брать, если в любой момент можешь в дикой Сибири оказаться, с языческими племенами воевать! А не возьмешь, так посчитает какой-нибудь родовитый боярин, что ты его сынка места хорошего лишил, зло затаит. Так что служить там, что на бочке с порохом сидеть! Вот и присмиреют.
Собрался Миша и через неделю уехал. Беркута, Витязя с собой увез. Решил султану необычный подарок сделать. Это Государя идея была. Он хотел своего Василевса отдать, но Миша отговорил. Сказал, старый, к царю привык, плохо передачу другому перенесет, в отличие от молодого Витязя. Так что увез. Опять мне сидеть, Мишу ждать. Бабушка Аглая ворчит, что опять мой неугомонный унесся черт его знает куда, к магометанам поганым. Николай обижается, что с собой не взял, пожалел. Совсем немощным считает. Только Агафья рада. Боялась она Николая отпускать. Постарел он за последний год, одряхлел. Годы немалые, под 70 уже. Надо больше дома быть, поберечь старые кости. Миша так и сказал, что пользы от Николая дома больше будет. Как-никак, он на него всех женщин оставляет. Николай и приободрился. Уехал Миша. Далеко, голубь не долетит, послание не принесет. Долго вестей ждать придется.