День не задался, и проблемы продолжали валиться на мою голову. Перед самым обедом дверь в кабинет резко распахнулась, и на пороге появилась роскошная брюнетка с пышным бюстом и взвинченная до предела. Она решительно направилась к моему столу и нависла надо мной как змея, готовая к нападению.
— Оставь Дэна в покое! — прошипела она. — Хватит его доставать и портить нам жизнь!
Но это была не Кристина. Интересненько. Мой бывший кобель уже успел запутаться во вранье и в своих дамах? И, похоже, теперь Данилу зовут Дэном.
— Мы пили на брудершафт? — вскинула я брови, намекая на то, что на «ты» мы не переходили. Девица намек игнорировала. Или не поняла. — Кто Вы и что Вам угодно? — любезность капала с моего языка как яд из зуба гадюки.
Не люблю, когда мне тыкают незнакомые люди.
— Я требую, чтобы ты оставила Дэна в покое, — с нажимом повторила девица. — Перестань цепляться за мужика как пиявка. К тебе он все равно не вернется. Прими это как свершившийся факт и не веди себя как последняя дура.
Ух ты, похоже, еще одна невеста. Тоже слегка беременная? Или больная на всю голову? Ладно, как она со мной, так и я с ней. Сейчас я ее порадую от души.
— Чего Вы конкретно хотите? — любезно поинтересовалась я, продолжая изображать светскую даму. От этого очередную подругу Данилы сильно коробило и даже слегка плющило. — Квартиру поделим, как положено по закону.
— Меня не интересуют деньги, — пафосно заявила девица, пытаясь сдержать свой праведный гнев. — Дай ему развод. Не мешай нам. Мы собираемся пожениться.
Ах, вот в чем дело! Еще одна претендентка на руку и сердце моего бывшего. Так я вроде как и не против. Я порылась в сумочке и сунула ей ксерокопию моего самого любимого документа. Девица раздраженно пробежала ее глазами и у нее упала челюсть.
— Это подделка, — заявила она, но в ее голосе я уловила нотки сомнения.
— Нет. Такая же бумажка есть и у Данилы, — обрадовала я ее. — Подлинник. На гербовой бумаге с печатями. Все как положено. Мы уже месяц как официально разведены. И я очень счастлива, что свободна от этого козла.
— Я тебе не верю, — уже без налета прежней спеси произнесла девица.
— Как хотите, — пожала я плечами. — Не верьте. Мне это добро под названием Даниил даром не нужно. Забирайте и радуйтесь. Живите долго и счастливо. Если, конечно, Кристина возражать не будет, — добила я ее.
— Какая Кристина? — пролепетала девица.
— Спросите у Данилы. Он мне вчера вещал, что они днями поженятся, — сдала я с потрохами своего бывшего и ощутила себя настоящей стервой. Мне даже понравилось. Не люблю хамок.
Слезы брызнули из глаз брюнетки, оставляя черные следы туши на щеках, и мне стало ее искренне жаль. Она громко шмыгнула носом и пулей вылетела из кабинета.
— Какая ты жестокая! — взвилась Ленка.
— Уж какая есть! — огрызнулась я. — Хамить мне не надо было.
— Так нельзя! Девушка в шоке, — продолжала сокрушаться Лена. — Ее можно понять. А ты очень несдержана. И злая на язык.
Мне хамят, а я злая? Я понимала, что Ленка меня провоцирует и всеми силами старалась не пойти у нее на поводу. А так хотелось высказать все, что я думаю об этой подхалимке.
— Лена права, — влезла в нашу беседу еще одна сотрудница. — Девушка не виновата, она влюблена в Даниила. А ты так грубо с ней разговаривала. И зачем ей про Кристину рассказала? Нехорошо лезть в чужую жизнь.
О, еще одна моралистка выискалась! В мою жизнь лезть можно? А мне, значит, нельзя защищаться?
— А ничего, что я развелась с мужем из-за таких, как она? — угрожающе поинтересовалась я, одарив сотрудницу тяжелым взглядом.
— Чего же ты удивляешься? — продолжала вещать Ленка. — Какой мужик вынесет тебя дольше месяца? Несдержанная, резкая. Данила ангел, сколько прожил тобой.
Продолжать спорить не имело смысла, и я углубилась в расчеты.
Через полчаса позвонил Данила. Мелькнула слабая надежда, что по поводу продажи квартиры. Разумеется, он начал орать: зачем я рассказала Злате (оказывается, так зовут брюнетку) про Кристину и почему я никак не успокоюсь, и вообще строю ему козни. У Данилы есть редкий дар — перекладывать все с больной головы на здоровую. Я положила телефон на край стола и ждала, когда он закончит возмущаться. За это время я успела проверить отчет и отправить его на печать. Когда Данила, наконец, замолчал, я взяла трубку и поинтересовалась, нет ли новостей о продаже квартиры от его риелтора. Мой пока подходящих вариантов не нашел. Данила начал орать по новой. Я оказалась бесчувственной стервой, завистливой дрянью и бесцветной молью.