«Сегодня, ко всеобщему удивлению, к проходной пришел тот самый Артем. Димка сразу же стал его со всеми знакомить, а потом показал ему комнаты, где мы собирались рисовать. Больше всех его появлению был удивлен Костя, но, если честно, я был рад, что он оказался неправ насчет этого парня. Под допросом Димки, Артем рассказал и то, что ему девятнадцать, и что он рассорился с родителями из-за того, что не хотел находить нормальную работу или учиться, а хотел рисовать. Вообще, он довольно неплохо вписывается в это место, как мне кажется.»
«До праздника осталась неделя. Мы снова ездили в город. Артем показал нам пару магазинчиков, и мы накупили красок, валиков, разных кистей. Конечно, рисовать мы будем не одни, иначе мы бы и за месяц не справились — с нами еще Алиса, Влад и Даша. Мне было немного не по себе от мысли, что вновь придется вернуться на второй этаж, но Даша сказала, что ребят оттуда временно переселили в другой корпус, так что на втором будет пусто.»
«Запах краски кажется въелся под кожу, а мы только начали. Но мне он нравится, хотя бы потому, что он реальный, настоящий, в нем ничего сверхъестественного или пугающего.
Никогда не рисовал на стенах, в голове постоянно надо держать картинку целиком, это сложно. У нас по плану пять комнат, где какой рисунок определяла Алиса. Мой достался комнате, где, как сказал Димка, живет тот самый Илья, который (по словам Димки) может путешествовать в своих снах. За нашей работой, кажется, пришли посмотреть все, кто только мог, так что Даше даже пришлось выгнать их в коридор, — стало тесновато, да и отвлекает.»
«Сегодня картинка начинает складываться. Вначале мы делали фон, потом общие контуры домов и улицы. После обеда я среди зевак увидел Илью. Он просто молча разглядывал картину, а заметив, что я смотрю на него, улыбнулся.»
«Честно — я ужасно устал, и запах краски я просто уже ненавижу, но я все равно рад. Рад видеть восторженные глаза ребят; рад, что, погрузившись в работу, могу ни о чем не думать; рад, что после меня здесь что-то останется.
В последние дни я все чаще думаю о том, что будет, когда настанет момент моего отъезда. Я почему-то чувствую, что мне придется покинуть это место, и уже довольно скоро, потому что время идет слишком быстро. Когда я сказал Косте о том, что не знаю что мне делать в реальном мире, он успокоил, что мне пока не стоит думать об этом. Может он прав, но все равно я не могу не думать о том, что я здесь просто случайный гость, не более. И от того мне еще больше хочется запомнить все это, чтобы потом, оказавшись далеко отсюда, я не забыл…»
«Мы закончили две стены к концу недели. Получилось даже быстрее, чем рассчитывал. Я думал мы провозимся все две. Нам осталось еще три стены, но послезавтра уже праздник, так что доделывать мы будем после.
Праздновать решили в старом корпусе, там есть актовый зал и туда очень бережно перевезли пианино. Только вот старому инструменту переезд, видимо, не понравилось. Пришлось снова вызывать мастера, который опять ругался, и просил больше инструмент не двигать.
Желающих попробовать поиграть на пианино оказалось так много, что их пришлось прогонять Даше, так как тихой Жене это не удавалось. Пару дней назад я нашел ей в интернете ноты, распечатал, и теперь Женя часами сидит за инструментом, старательно разучиваю заново подзабытую пьесу.
Все оставшиеся дни мы вычищали зал, стаскивали туда столы и стулья, потом девочки решили все еще украсить гирляндами, которые достают на Новый год. В общем, теперь зал просто не узнать. А еще на праздник планируют снова сделать костер.»
***
«Уже полвторого ночи, но я не могу уснуть. Этот день… У меня никогда не было таких дней. Правда. Я надеюсь, что он и так отпечатается глубоко в памяти, но все же я ей не до конца доверяю, так что постараюсь описать все как можно подробнее….»