Поверь себе чуточку больше. Если однажды ты вышел в море, разве ты бы выбрал курс к какой-то волне? Или не выбрал его вовсе? Я уже говорила. Пусть голова не помнит, сердце помнит всегда. Все идут верным курсом, просто со стороны порой кажется, что кто-то выше, а кто-то ниже, кто-то попал в шторм или штиль. Главное, помнить куда держишь курс ты.
— Я хотел встретить тебя. И понять — кто я.
— Ну вот ты меня и встретил, а вскоре узнаешь и второй ответ, — улыбается Алиса.
— А чего хочешь ты?
— Ничего особенного. Того же чего и ты — быть той, кто я есть. Я — песня, путеводный огонь, и мне нравится вести, указывать вам путь. И для меня нет большей радости, чем то, когда вы сами становитесь огнем, когда разжигаете сердца других; когда вы, Странники, становитесь частью Песни.
— Значит, я им стану, — обещаю я. — Я буду очень стараться.
Ольга опять тихонько фыркает.
— Какой храбрый мальчик. Ты это перед лицом моей младшей сестры повтори.
Я смотрю на то, как она смеется, запрокинув голову и разглядывая что-то среди веток, и тоже смотрю туда, и мой взгляд неожиданно натыкается на еще одну птицу — белую, которая, видимо, давно уже наблюдает за нами. Заметив, что я смотрю на нее, она склоняет голову набок, будто приветствуя меня. Я не знаю насколько это уместно, да и вообще довольно странно обращаться к птице, но я все же тихо говорю:
— Простите… А вы…
Я не успеваю договорить, как она расправляет крылья, плавно опускается на землю.
И вот, передо мной стоит еще одна девушка. Белое платье, очень светлая кожа, глаза такого теплого цвета, будто мед, а волосы прям как у Ольги, такие же черные и длинные, только вот в них вплетены ярко алые ленты. У меня вдруг возникает такое чувство, что я где-то видел ее раньше, только вот где… Стоп. Это же она! Это она, она была там на озере! Я тогда почему-то толком не смог ее разглядеть, но сейчас я уверен — это была она. Я продолжаю рассматривать ее и мне вдруг вспоминаются слова Даши о ее странном сне. Девушка в белом с красными лентами. А потом память подбрасывает еще одни слова, сказанные не так давно Ольгой — «Я уж не говорю про младшую, о ней вообще предпочитают не думать и не говорить». Неужели… Та, с кем попросила встретиться Даша? Та, что всегда незримо присутствует в нашем мире… Та, с кем каждому предназначена встреча. Значит, я не ошибся, когда думал про еще одну незримую обитательницу интерната.
От осознания, кто именно стоит передо мной меня, бросает в дрожь. Нет, от нее не исходит той придавливающей к земле силы, как от Ольги, она не выглядит ни злой, ни страшной. Нет, ее облик прекрасен. Только вот от одной только мысли, кем она является — внутри все холодеет. Это какой-то животный страх, слишком укоренившийся, он принадлежит моему глупому телу и совладать с ним у меня нет сил, даже близость Алисы не помогает. Той, кто называла себя Ольгой, можно покориться, но можно и пробовать бороться. А вот от Нее… От Нее хочется только сбежать, исчезнуть, чтобы она никогда не нашла тебя, и в то же время тебя затапливает отчаяние, потому что ты понимаешь, насколько это глупо. Во всех мирах не существует таких убежищ, стен, дверей и засовов, чтобы спрятать тебя от смерти.
Она делает шаг навстречу, а я не могу сдвинуться с места. Смерть медленно подходит ко мне, а потом вдруг опускается напротив, улыбнувшись, протягивает ко мне руку и нежно проводит по волосам.
— Ну чего ты испугался, глупый? — мягко спрашивает она. — Я не сделаю тебе ничего плохого. Не надо меня бояться.
Тишину, повисшую на поляне, прерывает резкий смех Ольги.
— Ох, вот за что я тебя люблю, сестричка, так это за то, что как бы кто не храбрился перед тобой, он всегда показывает свое истинное лицо, — со смехом говорит она. — И всегда это — «Уже? О нет, только не сейчас!»
— Неправда, — с мягкой улыбкой говорит Смерть. — Клим вовсе не трус. Правда? — спрашивает она у меня.
Но я не могу ей ничего ответить и опускаю глаза, потому что Ольга права, я подумал именно то, что она сказала.
— Не сейчас, — тихо отвечает мне Смерть. — Конечно, когда-нибудь, и еще бесчисленное количество раз позади и впереди, но не сейчас.
— Рассвет скоро, — вдруг говорит Алиса. — Время заканчивается, Клим, тебе уже пора возвращаться.
Я поднимаюсь. Они стоят напротив меня, такие далекие, непонятные…
— Мы еще встретимся, — говорит мне Алиса. — Не грусти.
— Надеюсь, ты не станешь бояться меня в следующий раз, — говорит Смерть.
— Не стану, — обещаю я.