— Не обольщайся, — с иронией говорит та, кого я знал под именем Ольга. — Со мной ты тоже еще не раз повстречаешься.
Я неожиданно для себя широко улыбаюсь и говорю:
— С радостью! — а потом — просыпаюсь.
Глава 14. Последнее желание. Часть 2. Куда ведут все дороги
Открыв глаза, какое-то время я просто лежу, разглядывая золотые отсветы рассвета на потолке. Мне не хочется сразу вставать, кажется, что если я сделаю это, мой волшебный сон окажется просто сном и растает в свете нового дня. Но и долго валяться в постели не могу себе позволить, слишком многое надо успеть.
Я раздвигаю шторы, открываю окно и вдруг замечаю, что на краешке стола сиротливо лежит знакомый мне ключ на красном шнурке. Ну, конечно, я ведь его тогда сам оставил, решил, что больше сюда не вернусь. Чуть помедлив, я беру его и надеваю на шею. А потом мне вдруг приходит в голову одна идея. Я достаю из рюкзака новенький блокнот, ручку, вырываю страницу и не задумываясь пишу пару строк.
«Привет мне. Что ж, очередной круг замкнулся. Я снова встретил Ее. Не забудь поблагодарить Старика при встрече, так как сейчас он вряд ли поймет за что именно его благодарят.»
А потом я роюсь в ящике стола, достаю завалявшуюся там зажигалку, подхожу к окну и поджигаю этот листок. Красный ободок быстро бежит по бумаге, обращая ее в пепел, который тут же подхватывает порыв ветра. Почему-то я абсолютно уверен, что это послание обязательно достигнет адресата рано или поздно. Выходка, конечно, совершенно не обязательная, я и так все вспомню на Маяке, но мне почему-то хочется сделать что-то такое, вроде маленького ритуала, который бы помог мне окончательно поверить, что все случившееся со мной — правда. К тому же получать письма от себя так приятно.
А потом, совершенно довольный собой, я иду умываться. Мои мысли пока что похожи на расшалившихся котят, сплетаются в клубок, потом разбегаются по углам, но холодная вода быстро приводит их в чувство, и в голове наконец начинает появляться что-то похожее на план.
Первым делом, без особой надежды, я заглядываю под кровать. Буров был абсолютно прав, когда предположил, что в этой комнате так никто и не убирал. Я нахожу несколько своих носков, паутину и порядочное количество пыли, но дневника там нет. Последние сомнения в том, что его забрал Костя, исчезают.
Я довольно улыбаюсь. Какие бы мотивы он не преследовал, сделав это он оказал себе плохую услугу, если, конечно, рассчитывал больше никогда не видеться со мной. Уж что-что, а свои записи я очень ценю, так что теперь просто обязан достать его хоть из-под земли, чтобы вернуть их обратно.
Следующий пункт плана — найти Илью, теперь вся надежда на то, что он вспомнит город, о котором рассказывал на посиделках с Костей.
Я выхожу в коридор и в первую секунду мне кажется, что я все же ошибся и провел ночь вовсе не в своей комнате, но потом вспоминаю, что Женька и Даша говорили что-то о том, что Лена с Артемом разрисовали третий этаж. Все стены от пола до потолка покрыты абстрактными узорами, среди которых то и дело встречаются, то планеты, которые так любит рисовать Артем, то какие-то диковинные животные, явно принадлежащие руке Лены. Я на ходу разглядываю рисунки, пока мне не приходится свернуть на лестницу. Шуметь лифтом в такую рань мне не хочется. Я ускоряю шаг, но оказавшись на лестничном пролете второго этажа, притормаживаю. Рядом с лестницей у окна, глядя на улицу, сидит в коляске Илья. Он оборачивается на мои шаги, улыбается и говорит, как ни в чем не бывало:
— Привет. Как спалось?
— Привет, — наконец говорю я, отогнав легкое замешательство. — Отлично спалось. Хорошо, что я тебя встретил. Ты не помнишь, как назывался город, о котором ты рассказывал летом, в тот раз, когда с нами был Костя?
— Помню, — снова улыбается Илья. — Портофино. Но, думаю, тебе нужен не он, а тот что приснился потом кое-кому. Это Фреджене. Но Портофино тоже рекомендую. Если вы туда доберетесь, привези какой-нибудь сувенир. Ты ведь вернешься?
— Конечно, вернусь, — уверяю я его. — Спасибо! До встречи!
***
На море шторм. Белые гребни обрушиваются на пляж, слизывают гальку, так что в зоне их доступа остается один лишь песок. Солнце выглядывает из-за полупрозрачных облаков и море начинает сверкать то золотом, то серебром, так ярко, что больно смотреть.
Несмотря на ранее утро, по пляжу уже прогуливаются люди. Дяденька в резиновых сапогах ходит вдоль полосы прибоя с металлоискателем и периодически останавливается, роя ямки небольшой лопаткой.