А потом были долгие и нудные оформления бумаг по наследству, загранпаспорта и прочей бумажной ерунды. Самым легким и быстрым было забрать документы из университета. Кажется, мой декан не сильно расстроился, так что все прошло гладко.
Вообще, с тех пор, как я вернулся домой из своей поездки в интернат, мне многое стало даваться легко, будто за мной всюду следовала удача. Может, потому, что я наконец нашел верную дорогу, свою.
И вот я в Италии, но даже несмотря на то, что я зашел так далеко и пути назад уже нет, мне все равно страшно. Вдруг все же я ошибся, и Костя не здесь? Или он разозлится на мое неожиданное появление и самолично купит обратный билет, и затолкает меня в самолет? Я ведь так и не решился позвонить ему заранее. Все же появляться на пороге чужого дома так неожиданно, мягко сказать, невежливо. Но с другой стороны, вряд ли можно назвать вежливостью то, как он легко лишил меня памяти, пусть даже и сам сейчас этого не помнит. Так что, как минимум, я имею право на маленькую, безобидную месть.
Поезд сбавляет ход и я, подхватив рюкзак и небольшую дорожную сумку, выхожу на платформу, сажусь на скамейку у кирпичной стены невысокого здание вокзала и наконец достаю телефон. Беспокойство и страх подкатывают с новой силой, но я заставляю себя найти нужный номер. Нет, звонить мне все равно жутко страшно, так что для начала я просто пишу смс: «Ты — вор и обманщик. Но так и быть, я тебя прощаю. Если не хочешь, чтобы я самолично обошел каждую улицу Фреджене в поисках тебя, то забери меня с вокзала.»
Я перечитываю текст и быстро жму на «отправить», чтобы не передумать. Получилось довольно вызывающе, но, если честно, это из-за того, что мне ужасно страшно, что он не ответит или еще хуже — попросту не вспомнит меня.
Минуты тянутся ужасно медленно, я успеваю уже сто раз передумать всякой ерунды, когда мой телефон наконец издает короткий звонок, сообщающий, что мне пришла смс. Я немедленно жму на «открыть» и не могу сдержать улыбки. Там только одно слово: «Идиот». А через пару секунд, вдогонку этой емкой характеристике, приходит еще одно сообщение: «Сиди на месте.»
Из этих коротких писем понятно самое главное — он меня помнит. Впрочем, наверное, было глупо этого бояться, он все-таки стащил мой дневник.
— Ну и что ты тут делаешь? — голос Кости раздается так неожиданно, что я чуть не подпрыгиваю. Видимо, свою сверхспособность подкрадываться незаметно, он все-таки не потерял.
— А ты быстро, — говорю я, улыбаясь самой наглой улыбкой, которая только есть в моем арсенале. — Так соскучился?
— Ага, дашь ты соскучиться, — мрачно говорит он. — Вот скажи мне, что бы ты делал, если бы меня здесь не оказалось? И как ты вообще меня нашел?
— Не знаю, — я все никак не могу перестать улыбаться, даже несмотря на то, что взгляд у Кости просто убийственный. — По запаху, наверное. Шел на табачный дым и вот я здесь.
Костя закатывает глаза, а потом подхватывает мою сумку и бросает короткое:
— Пойдем.
— Куда?
— Да вот я еще думаю — то ли в море тебя утопить, то ли все-таки пощадить и отправить первым рейсом домой. Тебе какой вариант больше нравится?
— Если тебя интересует более долгосрочный вариант от меня избавиться, то рекомендую море, — вполне серьезно отвечаю я. — Потому что иначе, я от тебя не отстану.
— Сумасшедший, — заключает Костя, но я вижу, что он улыбается, пусть и самую малость.
Мы садимся в невероятно желтую машину, Костя заводит двигатель, и когда мы сворачиваем не на шоссе, а в город, я окончательно расслабляюсь, а то с него станется действительно отвезти меня обратно в Рим. Ехать нам приходится всего-то минут десять. Всю дорогу мы молчим, я разглядываю улицы, несколько мест даже кажутся мне знакомыми, и только остановившись у ворот, за которыми виднеется двухэтажный домик из кирпича, окруженный садом, Костя наконец со вздохом говорит:
— Ты даже не представляешь, как ты попал. Что сидишь? Выходи.
Я не успеваю ни спросить, что значили его слова, ни вообще что-либо сказать, потому что стоило мне только выйти из машины, как я понимаю, что нас уже ждали. Невысокая, розовощекая и темноволосая женщина, с такими же пронзительно-серыми глазами, как у Кости, широко улыбается мне, а потом обнимает.
— Здравствуй! — с легким акцентом говорит она, а потом неожиданно щипает меня за щеку. — Какой ты хорошенький! Я Мария, можешь звать меня тетя Мари, двоюродная сестра Кости. А ты Клим, да? Какое замечательное имя! Здорово, что ты приехал.