— Паслен? — он кажется удивленным. — Почему вдруг паслен?
— У бабушки на усадьбе такой рос. Я помню, как он вонял, и она еще говорила, что он ядовитый. Потому это даже символично, наверное…
— Символично, — медленно повторяет он, но мне непонятно, насмехается он или просто думает. — А где-то кроме второго этажа вы это чувствовали? В столовой, например?
— Нет, но там я сижу довольно далеко. Хотя… было еще похожее, правда запахи немного отличались. Когда я лежал в больнице. Там мне постоянно пахло прелью и пеплом.
— Пеплом, — повторяет он. — Понятно.
— Что вам понятно?
— А эти запахи, ну Алисин, например, или Дашин — вы их постоянно чувствуете, когда рядом с ними?
— Ну, нет. Нет, наверное, не постоянно.
— И когда сильнее всего? Не заметили?
— Нет.
— Понаблюдайте.
— Так, может, вы скажете, что думаете об этом?
— Я думаю, что все эти запахи расшифровать можете только вы. Что они означают и почему возникают в тот или иной момент. И… — он смотрит на меня чуть сощурившись, видимо, раздумывая, стоит ли мне говорить, но потом все же продолжает — Я думаю, что то, что вы чувствуете при общении с людьми и на втором этаже — разные вещи.
— То есть как?
— А вы сами разницы не видите?
— Нет.
— Ну тогда понаблюдайте. Может, я и ошибаюсь…
Черт, как же он меня раздражает. Вроде собирался помочь мне, а сам ничего не договаривает, только спрашивает. Я ему не подопытная мышь.
— Если вы так мне помогаете, то у вас не очень выходит, — бурчу я.
— А, может, это вы не хотите думать?
Я просто отворачиваюсь от него. Скорей бы он ушел.
— Я хотел еще кое-что вам сказать. Точнее предупредить. Не задирайте Седова.
— Что? — от удивления я даже забываю, что собрался его игнорировать. — Он тут причем?
— При том. Я понимаю, Дарья симпатичная девушка, проявила к вам интерес, впрочем, думаю, она вас просто пожалела, увидела в вас себя, так сказать. Но вам не стоит в это лезть. Я уже поговорил с ней, надеюсь, она меня услышала, послушайте и вы.
— Да что вы о себе возомнили? — от возмущения я даже о страхе перед ним забываю. — Вам-то какое дело? И вообще, я никого не задирал и не дразнил. Этот придурок сам виноват, что так себя ведет!
— И как же он себя ведет?
— Он просто эгоист, который не ценит свою жизнь. Терпеть таких людей не могу.
— Вы не можете знать, что он ценит, а что нет. Вы просто повторяете слова Даши, сказанные в порыве эмоций. Вы, Клим, понятия не имеете, что из себя представляет Седов, и Дарья тоже. Вам просто нравится эта игра, но ничего, кроме проблем, она не принесет. Я вас предупредил, не лезьте не в свое дело.
Он встает и собирается уйти, но я бросаю ему вслед:
— А может, это вы не в свое дело лезете? Или, может, это вам самому нравится Даша, потому вы не хотите, чтобы я с ней общался?
— Я не говорил вам не общаться с ней. Я сказал, чтобы вы не дразнили Седова.
— Я буду делать то, что хочу.
— Надеюсь, вы меня все же услышали, — повторяет Климов и уходит, захлопывая дверь.
Да что же это такое? Сдался ему этот Седов. Да и что я сделал-то? Ну подыграл немного Даше? Ну и что? Если он такой идиот, что станет обижаться на подобное, я в этом не виноват.
***
Разговор с Климовым выбивает меня настолько, что я долго не могу успокоиться и на следующий день, утром, и в столовую решаю пойти чисто из упрямства. Не хочу, чтобы этот человек подумал, что я стану слушать его тупые угрозы и советы или прятаться. Но Климова там как раз таки не было. Как и Влада. Я внимательно и немного настороженно разглядываю Дашу, но не вижу в ее поведении никаких изменений. Может, она тоже послала его?
Потом я на полдня пропадаю на кухне, обедаю там же. И освободившись к вечеру, вместо ужина решаю прогуляться по двору. Уже вечереет, вдоль дорожки зажигаются фонари. Там, под соснами, есть несколько скамеек, которые я приметил раньше, они как раз скрыты от окон пышными кронами. Подойдя ближе, я замечаю, что там кто-то сидит. До меня доносятся тихие переборы гитары.
— Привет, — Даша моему появления не удивляется.
— Так ты и на гитаре играешь? — я сажусь рядом. Она прикладывает ладонь к струнам, и их гул стихает.
— Ага. Я вначале училась на фортепиано, а потом, когда пошла в универ, решила освоить гитару.
— Круто. А что играешь?
— Да так, разное. Песни всякие или просто музыку.
— Сыграешь что-нибудь?
— Нет, как-нибудь потом. Сейчас настроения нет.