— О чем ты?
Она вздыхает, берет новую сигарету.
— У нас не принято обсуждать прошлое других… Ну… Как бы за спиной. Но я просто хочу, чтобы ты понял. Не хочу, чтобы ты на него злился.
— Я и не злился. Это я ему чем-то не понравился. Еще когда мы только встретились. В больнице. Ну помнишь…
— Ага. Он… Не любит таких, как ты.
— Каких? — я напрягаюсь.
— Ну… Ты только не обижайся. Но по тебе сразу видно, что ты рос в нормальной семье, что о тебе заботились. Любили.
— Ну да, точно, он же говорил, что я изнеженный.. Как там дальше? — я сжимаю подоконник. Они ничего обо мне не знают. Какое они, вообще, имеют право судить меня?
— Клим, я не хочу ничего плохого сказать. Это, наоборот, хорошо. Здорово. Тебе повезло и… Понимаешь, это, наверное, прозвучит не очень, но то, как ты сюда попал… Это просто ужасная случайность. Тебя никто не бросал.
— Да что ты? То есть я, по-твоему, сюда по своей воле приехал?
— Нет, я не об этом.
— Да я понял. Здесь все с тяжелой судьбой, да-да. Только я тут, видимо, слишком хорошо устроился. На что мне вообще жаловаться-то?!
— Клим, послушай, я не это хотела сказать…
— Ты тоже так считаешь. Думаешь, я не заметил, как ты вначале на меня смотрела? А потом ты просто меня пожалела! Только зря. Я ведь все равно не дотягиваю по уровню несчастности до Влада. Я всего лишь один раз позвоночник сломал и попал всего лишь в одну аварию… Не надо меня жалеть, ясно? Ты права, у меня была потрясающая, счастливая жизнь! Я не имею права ни на что жаловаться! Подумаешь, меня выкинули из дома и засунули сюда, подумаешь, что…
— Клим, я так не думаю…
— Меня не надо жалеть, — внутри меня будто что-то рвется, прорывается наружу то, что, видимо, уже давно копилось, и я не могу остановиться. — Я привык, что всем на меня наплевать! Мне и самому отлично! Я привык, что все считают меня избалованным слабаком. Мне пофиг, ясно! Если я всем вам так противен, просто не общайтесь со мной!
— Да послушай же ты меня! — Даша тоже выходит из себя.
— Уже наслушался.
— Да что ты как ребенок себя ведешь, я же хочу объяснить тебе…
— Да. Я ребенок. Избалованный, глупый ребенок. Которому только и надо, чтобы все вокруг него плясали. Мне плевать, что вы думаете! Не надо мне ничего объяснять. Мне все равно, что там у Седова! Ясно? Мне вообще на него плевать и на то что он обо мне думает! И на Климова! И ты… Мне плевать, что вы обо мне думаете! Я уже сыт по горло — вы то презираете меня, то жалеете, то называете неженкой! Я не собираюсь оправдываться перед вами или заслуживать ваше доверие! Я вообще вам ничего не должен!
На последней фразе у меня срывается голос. Даша смотрит на меня застыв. Не могу ее видеть. Я разворачиваюсь и скрываюсь в ванной, захлопывая за собой дверь.
Какое-то время очень тихо. От злости меня всего колотит, я сажусь прямо на влажный холодный пол, прижимаясь спиной к двери. Тихие шаги. Даша подходит к двери.
— Клим, давай поговорим. Я была не права, эй, слышишь?
Я молчу. Не хочу с ней говорить. Пошла она к черту со своей жалостью. Даже сейчас ведет себя со мной как с ребенком. Лучше бы обиделась. Лучше бы тоже наорала или хлопнула дверью, честное слово было бы легче.
— Клим, выйди, а… Ты просто не так меня понял. Ты… я не хотела тебя обидеть. У всех, кто здесь живет, непростая судьба. Просто я хотела сказать, что у тебя еще не самый ужасный случай…
— Проваливай.
— Клим…
— Я сказал, вали отсюда!
Я изо всех сил стараюсь, чтобы по голосу было не слышно, что меня уже опять душат позорные слезы. Плакса! Слабак! Почему я не могу просто не реагировать? Я опять хочу, чтобы меня пожалели. Климов прав, я просто пытаюсь выбить жалость у людей, которым, по сути, на меня плевать. Чего я хотел? По-другому и не должно быть. С чего я вдруг решил, что кто-то попытается понять меня? Когда такое вообще было? Мои проблемы, чтобы не происходило, чтобы я не чувствовал, они всегда слишком маленькие по сравнению с проблемами других. Мне никогда с ними не сравниться. Что бы не происходило, в конечном итоге выходит, что я всегда… Как там? Слишком эмоционально реагирую? Или реагирую не так? То я слишком чувствительный, то веду себя, как отморозок и не плачу когда надо! То истерю, то «пытаюсь привлечь к себе внимание». Почему все постоянно говорят мне, как я должен себя вести? И главное, что бы я не делал, я всегда не прав!