— Ты не имеешь права говорить мне такое. Не имеешь никакого права. Я тебя не бросал. Ты сам меня бросил. Ты.
***
От холодной воды коченеют пальцы, но я не хочу включать теплую. Мне кажется, что только так я могу смыть с себя эти липкую паутину, тянущуюся из сна. Хотя я до этого почти час простоял в душе, но мне все еще кажется, что чувствую прикосновения холодный пальцев у себя на спине.
«У тебя за спиной стоят мертвецы…»
Наверное, все дело в ее дурацкой выходке с сигаретой, но сегодня ночью Оля тоже оказалась в моих снах. Я понимаю, что это бред, что это было нереально, но то, что она сказала мне там… Я все никак не могу избавиться от этих слов.
«Они стоят за каждым из вас.»
Тихие шаги, Оля проходит мимо, я оборачиваюсь, сталкиваясь с ней взглядом и невольно вздрагиваю.
— Что-то не так? — спрашивает она с безразличным видом, но мне почему-то вдруг начинает казаться, что она все знает и просто издевается надо мной.
— Все нормально, — почти выдавливаю из себя.
Она все еще молча смотрит на меня, а потом вдруг переводит взгляд за мою спину. Желание обернуться просто нестерпимо, но я сдерживаюсь. Мне почему-то не хочется выпускать ее из виду. Кажется, что она вот-вот скажет то же, что во сне. Она тихо хмыкает.
— Если не моешь, кран закрой. Вода бежит.
Я все-таки оборачиваюсь, резко закрываю чертов кран, но в голове бьется только одна мысль — «Быстрее. Просто уйти отсюда». И я ухожу. Нет, убегаю. Прочь из кухни, по коридору. Прочь из этого дурдома. Я бегу, не замечая ничего вокруг, так что чуть не падаю, больно столкнувшись с кем-то плечом. Климов. Черт, только его не хватало. Я отскакиваю от него и продолжаю бежать.
— Дорохов! — слышу я его злой окрик, но даже не думаю останавливаться. Я влетаю в свою комнату и запираю дверь.
Бред! Безумие! Я просто схожу с ума.
***
Снова снег. За окном плотная пелена снега.
— Клим, подойди ко мне.
Опять этот голос. Я снова в палате. Нет, только не это! Я уже знаю, что будет дальше. Я не хочу! Но мое тело меня не слушает. Оно послушно идет на зов.
— Подойди ко мне.
Отстань от меня! Отвали! Оставь меня в покое! Мне хочется проорать все это, но я не могу открыть рот. Я просто иду вперед, и вот я опять на коленях у постели.
Он протягивает руки и холодные цепкие пальцы сжимают мои плечи. Он притягивает меня к себе, прижимая мою голову к груди.
— Мне страшно. Зачем ты меня оставил?
Я не оставлял тебя! Я тебя не бросал!
Под моим ухом, под тонкой рубашкой, гулко бьется сердце. Тяжелые натужные толчки. Ту-дук, ту-дук, ту-дук.
Нет! Отпусти меня!
— Ты оставил меня, хотя мне было так страшно. Я заберу тебя с собой, — шепчет он мне прямо на ухо и все сильнее сжимает руки. Я пытаюсь вырваться, но ничего не выходит. Нет! Мне надо вырваться! Я вдруг понимаю, что вот сейчас он умрет, что сердце вот-вот остановится, тело станет холодным, руки закоченеют, а я буду лежать вот так, прикованный к его холодной груди мертвой хваткой. Меня затапливает ужас, а внутри бьется только одно: «Нет, нет, нет, я не хочу, пожалуйста, нет, только не это, я не хочу, пожалуйста!» Горячие слезы обжигают мою кожу, а сердце под моей щекой бьется все тише и тише, толчки становятся реже. Руки невыносимо холодные и от его тела исходит странный сладковатый запах. Я из последних сил изворачиваюсь, чуть поднимаю голову и вижу его лицо. Холодная застывшая маска, белесые глаза.
— Нет! — кричу я, но слышу только невнятный хрип и понимаю, что сижу на своей постели. Тошнота подкатывает к горлу и меня рвет прямо на постель. Я весь мокрый от пота, меня колотит, а во рту отвратительная горечь. Я еле поднимаюсь с постели, меня шатает из стороны в сторону, но я все же добираюсь до ванной и прямо как есть, в одежде, залезаю под душ. Слезы и пот смешиваются с водой. Я зажимаю рот и ору что есть силы.
— Су-у-ука! Сволочь! Ненавижу! Оставь меня в покое!
Не знаю, сколько я просидел вот так, скорчившись в ванной, но, когда я наконец решился выйти, за окном уже было светло. Я с отвращением смотрю на грязное белье, а потом быстро его снимаю и забрасываю в ванну. Надо будет постирать. Не хочу, чтобы кто-то это видел.
***
Уже двенадцатый час ночи, а я все еще не ложусь в кровать. Не могу заставить себя закрыть глаза. Мне кажется, что как только я это сделаю, кошмары вновь вернутся. И я снова буду бессильно наблюдать со стороны, снова не смогу ничего сделать. Нет, лучше вообще не спать.