«Чем спокойнее разум, — пишет Мейстер Экхарт, — тем сильнее, эффективнее, глубже, действеннее и совершеннее молитва».
Я больше ни разу не видел лосей, хотя каждый вечер специально обходил поляну и лес, чтобы найти их. За последующие несколько дней я многое сказал Богу. В том году мне исполнялось пятьдесят, и я просил руководства в том, как подготовить свою душу к оставшейся жизни. Я составлял списки, и многое из того, что пришло мне на ум, никогда бы туда не пришло, если бы я не сидел на той поляне по несколько часов подряд. Та неделя стала для меня чем-то вроде ревизии, обозначившей пути для дальнейшего возрастания. Я не слышал никакого явного голоса, но в конце недели был вынужден согласиться с Бреннаном: я действительно получил слово от Бога.
Я стал более убежденным, чем когда-либо, что Бог находит способы проговорить к тем, кто искренне Его ищет, — особенно когда мы снижаем громкость окружающих нас помех.
Из книги «Молитва. Способна ли молитва изменить жизнь?»
9 октября
Неравные партнеры
Сказать, что мы с Богом — неравные партнеры, — значит сказать до смешного мало. И все же, пригласив нас трудиться для Царства здесь на земле, Бог действительно учредил странный двусторонний союз. Бог делегирует полномочия в работе людям, чтобы мы, так сказать, вершили историю вместе.
Совершенно очевидно, что в этом союзе один партнер — доминирующий, что-то сродни альянсу Соединенных Штатов и островами Фиджи или, скажем, корпорации Microsoft и программиста-старшеклассника. Нам прекрасно известно, что происходит, когда подобные неравные союзы создаются людьми: доминирующий партнер начинает давить своим авторитетом, а другому приходится, в основном, помалкивать. Бог же, не имея оснований бояться угроз от таких, как мы, напротив, побуждает к устойчивому и искреннему общению.
Иногда я спрашиваю себя: почему Бог ценит искренность настолько высоко, что готов даже терпеть несправедливые выпады в Свой адрес? Исследуя молитвы, записанные в Библии, я с удивлением увидел, что многие из них произносились с раздражением: ворчащий о несправедливости Иеремия; Иов, дерзко высказывающий: «Что Вседержитель, чтобы нам служить Ему? И что пользы прибегать к Нему?» Аввакум, обвиняющий Бога в глухоте… Библия учит нас молиться с горячей искренностью.
Уолтер Брюггеман указывает на одну очевидную причину искренности Псалмов: «Жизнь такова, какая она есть, а эти стихи сочинялись для того, чтобы показать всю жизнь, а не только ее часть». Попадая в «веселые» евангельские церкви, Брюггеман испытывает двойственное чувство. Там звучат только радостные песни, в то время как половина псалмов — это «песни стенаний, протеста и жалоб на беспорядочность этого мира. По крайней мере, совершенно очевидно, что церковь, которая постоянно поет ‘веселые песни’ пред лицом жестокой реальности, делает нечто совершенно отличное от того, что делает сама Библия».
Из библейских молитв я узнаю, что Бог желает, чтобы мы поддерживали союз с Ним, высказывая свои жалобы при личных встречах. Если я шагаю по жизни, притворно улыбаясь, хотя внутри обливаюсь кровью, то я оскорбляю эти взаимоотношения.
Из книги «Молитва. Способна ли молитва изменить жизнь?»
10 октября
Важна ли молитва?
Исследовав, как молился Иисус, я понял, что Его пример отвечает на один важный вопрос: «Важна ли молитва?» Когда подкрадываются сомнения, и я начинаю спрашивать сам себя, не является ли молитва лишь освященной формой разговора с самим собой, я напоминаю себе, что Божий Сын, Который повелел, — и явилось, и Которым все существует, испытывал острую потребность молиться. Он молился так, словно это было действительно важно; словно время, уделенное Им молитве, имело не меньшую ценность, чем время, которое Он посвящал заботе о людях.
Один мой знакомый врач, узнав о том, что я исследую вопрос молитвы, сказал, что мне следует начать с трех общих предпосылок: (1) Бог существует; (2) Бог способен слышать наши молитвы; (3) Бога заботят наши молитвы. «Ни один из этих трех пунктов нельзя ни доказать, ни опровергнуть, — говорил он. — В них можно только или верить, или не верить». Этот человек, безусловно, прав, хотя, на мой взгляд, пример Иисуса дает веские доводы в пользу веры. Обесценивать молитву, считая, что она неважна, — значит утверждать, что Иисус заблуждался.
Иисус держался за молитву, как за спасательный трос, потому что она давала Ему водительство и силу для познания и исполнения воли Отца. Но даже при этом Его иногда возмущали окружающие земные обстоятельства («О, род неверный и развращенный! Доколе буду с вами?»), иногда Он боролся с искушением («Не искушай Господа Бога твоего») и иногда сомневался («Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?»).