Скептики оспаривают целесообразность молитвы: если Бог знает все лучше всех, то что толку молиться? На подобные вопросы у меня нет лучшего ответа, чем пример Иисуса, Который знал мудрость Отца лучше любого из нас и все же чувствовал острую необходимость в том, чтобы наводнять небеса просьбами.
Хотя Иисус не представлял метафизических доказательств эффективности молитвы, ее ценность несомненна уже исходя из самого факта, что Он молился. «Просите, и дано будет вам», — прямо сказал Иисус, и эти слова являются упреком для всех, кто считает прошение примитивной формой молитвы. Когда Его ученики потерпели неудачу в попытках исцелить одержимого мальчика, Иисус дал этому простое объяснение: недостаток молитвы.
Из книги «Молитва. Способна ли молитва изменить жизнь?»
11 октября
Неизвестное и непредсказуемое
Очевидно, что молитва была непростым делом даже для Иисуса. Как и людям, которые пишут мне письма, Иисусу знакомо разочарование неотвеченных молитв. Его самая длинная молитва, фактически, сосредоточена в просьбе о единстве: «Да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе». Тот, кто хотя бы немного знаком с историей Церкви, знает, насколько далекой от исполнения остается эта молитва до сих пор.
В одну из ночей Иисус искал руководства для избрания двенадцати учеников, которым Он мог бы доверить Свою миссию. Тем не менее, читая Евангелия, я удивляюсь, как эта сомнительная дюжина вообще могла считаться ответом на какую-нибудь молитву. Она включала Иуду Искариота, который, как подчеркнул Лука, «потом сделался предателем», не говоря уже об амбициозных Сынах Грома и взрывном Симоне, которого Иисус вскоре упрекнул, как «сатану». Когда позже Иисус с раздражением вздохнул об этих двенадцати: «Доколе буду терпеть вас?» — не поддал ли Он хоть на мгновение сомнению Отцовское водительство, данное Ему когда-то на склоне горы?
В одной провокационной книге богослов Рей Андерсон размышляет о выборе Иисусом Иуды в качестве одного из двенадцати. Предвидел ли Он участь Иуды в ту ночь, когда молился? Припоминал ли Он Отцу ту молитву, когда Иуда покинул Тайную Вечерю, чтобы предать Его? На примере Иуды Андерсон выводит один ключевой принцип: «Молитва — это не средство устранения из жизни элементов неизвестности и непредсказуемости, а способ вплести неизвестное и непредсказуемое в канву действия Божьей благодати в нашей жизни».
Молитвы Самого Иисуса о Его учениках уж точно не устраняли «элементы неизвестности и непредсказуемости». Эти двенадцать периодически удивляли и разочаровывали Иисуса своими мелочными интересами и неадекватной верой. В конце концов, все двенадцать бросили Его в тот момент, когда были нужны Ему больше всего. Впрочем, со временем одиннадцать из них испытали медленное, но неизменное преображение, став своеобразным долговременным ответом на изначальную молитву Иисуса. Иоанн смягчился до «апостола любви». Симон Петр позже показал, что значит «следовать за Ним», пострадав так же, как Христос. Единственным исключением стал Иуда, предавший Иисуса. Но даже его предательство привело к распятию и спасению мира. Молитва удивительным и непостижимым образом внедряет неизвестное и непредсказуемое в работу Божьей благодати.
Из книги «Молитва. Способна ли молитва изменить жизнь?»
12 октября
Поединок
Я проповедовал о поединке, который состоялся в Гефсиманском саду. Иисус боролся с Божьей волей и принял ее только как последнюю возможность ввиду отсутствия альтернатив. Позже, когда Бог для донесения Его послания язычникам избрал самого неподходящего на эту роль кандидата (известного нарушителя прав человека по имени Савл Тарсянин), один из лидеров церкви высказал свое несогласие: «Я слышал от многих о сем человеке, сколько зла сделал он святым Твоим в Иерусалиме». Но Бог парировал этот аргумент: «Иди, ибо он есть Мой избранный сосуд». Несколько лет спустя этот же человек, уже под именем Павел, сам торговался с Богом, постоянно молясь об устранении его физического недуга.
Почему же Бог, всемогущий Властелин вселенной, прибегает во взаимоотношениях с людьми к стилю, который напоминает переговоры или, грубо говоря, — торг? Считает ли Бог это упражнение частью обязательной программы нашей духовной тренировки? А может, наши стенания для Него являются чем-то вроде окна в этот мир или сигналом тревоги, который способен вызвать Его вмешательство? Ведь, по большому счету, именно плач израильтян побудил Бога призвать Моисея.