Таких откровенностей я не ожидала. Никогда бы не подумала, что мой отчим тот ещё к*бель.
- И ты терпишь?
- Да. Зато у нас счастливый брак.
- Но измена…
- Он всегда возвращается ко мне. Я дала ему полную свободу действия. Нас это устраивает.
- Он в курсе, что ты знаешь? – спросила я, не веря своим ушам.
- Да. Но возвращается ко мне, Лариса… Как я и сказала, ты поторопилась с решением. Юрочка замечательный человек. Он до сих пор тебя любит.
Она замолчала. Я тоже не проронила ни слова, пытаясь переварить информацию.
- В общем, я сказала ему, что ты всё ещё одинока. Он хочет вернуть тебя, Лариса. И я готова ему помочь. Он лучшая кандидатура. С ним ты была такой счастливой. Я хочу вернуть это.
- Господи, - вырвалось у меня, и я отвернулась от собственной матери. Подойдя к окну, я спросила: - А тебя не интересует, чего хочу я?
Мой голос звучал тихо.
- Ты когда-нибудь задумывалась о том, чего хочу я?
- Я всегда думаю о твоих интересах.
- Навязывая свои? Я не ты, мама. Я не могу и не хочу жить с человеком, который неверен мне. Я…
Я не договорила. Слова не шли. Глаза защипало, и я потёрла их ладоням. Нельзя было плакать при ней. Не сейчас.
- Я думаю, тебе пора, мама, - после долгого молчания, сказала я.
Нужно отдать ей должное, она не стала что-то говорить, а просто встала и покинула мою квартиру. Как только хлопнула входная дверь, я расплакалась.
Ночь без сна, и весь следующий день я сама не своя. Люди что-то говорили мне, но я не слушала. Все мои мысли были не о работе.
Будь я хорошей дочерью, то позвонила своей маме и извинилась за то, что в прямом смысле выгнала её вчера. Но я этого не сделала. И честно, не собиралась делать. Я устала от того, что она постоянно вмешивалась в мою жизнь.
Через несколько месяцев после развода, когда я собирала себя по кусочкам, она упрекнула меня в том, что я позволила этому случиться. А потом начала говорить, что лучшего мужа, чем Романов, мне не найти.
В то время я нуждалась в поддержке, но она мне её не оказала. А потом обижалась, что я не разговаривала с ней почти год. Год я не звонила и не приезжала к ней. Но если мы и пересекались, то просто здоровалась и уходила. Возможно, это трусость, но в то время, я не могла видеть её. Всё изменилось, когда она вместе с отчимом попали в небольшое ДТП. Оба пострадали, пусть и незначительно. В следующие месяцы реабилитации я присматривала за ними, ухаживала, исполняла капризы. С тех пор наши отношения можно было назвать сносными. До вчерашнего дня.
- Лариса Викторовна?
Голос Валерии вырвал меня из раздумий, и я посмотрела на неё. Девушка стояла рядом с моим столом с обеспокоенным видом.
- Прости, задумалась. Ты что-то говорила?
- Юрий Николаевич здесь. Мне его впустить?
Мой взгляд метнулся к двери. Несколько секунд я молчала, а потом сказала, что приму его. Когда же Валерия не шелохнулась, я посмотрела на неё.
- Не стоит заставлять его ждать.
Она кивнула и направилась к двери.
Романов зашёл, сияя как новогодняя ёлка. Аж тошно стало.
- Лара, спасибо, что не прогнала.
Он подошёл ближе и без приглашения уселся в кресло напротив моего стола.
- Мне Светлана Львовна звонила вчера. Вы поругались?
- А что, она не поделилась подробностями со своим любимым бывшим зятем?
- Сарказм. Даже непривычно. И всё же не стоит ругаться с матерью из-за меня.
- Пришёл убедить меня помириться с ней?
- Нет. Вы девочки большие, сами решите свои разногласия.
- О-о-о! – протянула я, внимательно рассматривая его. Когда-то я любила этого мужчину. – Так зачем ты здесь?
- Ты знаешь, - ответил он, удобней устраиваясь в кресле.
Я отвернулась и поднесла ручку, что держала в руках, ко рту. Я всегда так делала, когда что-то обдумывала.
- Если я соглашусь на работу, то это должна быть только работа. Даже не думай, что сможешь вернуть меня. И моя мама тебе не поможет.