— А какого мнения о Трое Эдвард? — поинтересовалась Джесси.
— О, что ты, прежнего, хорошего. Эдвард жалеет его, — ответила Люси. — Мужики никогда не осуждают своих друзей. Ты разве до сих пор этого не заметила?
— Ты права, — согласилась Джесси. — Они принимают своих друзей такими, как есть. Женщины всегда стремятся изменить мужчин к лучшему, а мужчины довольствуются тем, что имеют, — им любой приятель хорош.
— Это потому, что мужчины душевно близоруки и не понимают красоты, которая таится в чьем-либо потенциале.
— Ну, они хотя бы не разочаровываются, когда этот потенциал не реализуется, — с горечью сказала я.
Когда Люси засобиралась, сказав, что ей пора забирать дочек из школы, Джесси пошла ее провожать — они явно хотели о чем-то поговорить, подозреваю, что обо мне. Я поднялась и начала бесцельно бродить по комнате. Дверь была приоткрыта, и я услышала, как Джесси и Люси озабоченно шепчутся в прихожей. Недолго думая, я подкралась поближе к двери и навострила уши.
— Понимаешь, это просто непостижимо, как все совпало! Я побоялась рассказывать Дейзи, но Кэти беременна! — прошипела Люси.
— Кэти — это кто? — спросила Джесси.
В животе у меня образовался холодный ком. Я-то знала, кто такая Кэти!
— Подружка Джейми, — объяснила Люси.
— Подружка Джейми беременна?! — переспросила потрясенная Джесси. — Вот так штучка. Не теряла времени зря.
— Знаешь, ей сорок один, так что комментарии излишни, — вздохнула Люси.
Джесси прищелкнула языком.
— Честно скажу, меня просто поражают бездетные женщины, которые приходят ко мне на прием. Можно подумать, они не понимают, что женщине с мозгами всегда тяжело быть матерью!
— Нет, этого не понимаешь, пока не заведешь ребенка, а потом уже, увы, слишком поздно, — отчеканила Люси.
Дальнейшую страстную тираду Джесси, направленную против сумасшедших баб, сдвинутых на биологических часах, я уже не слышала, потому что потеряла сознание. Когда я пришла в себя, оказалось, что меня уложили в постель, а Джесси прикладывает к моему правому глазу лед. Ну понятно — я падала и стукнулась о дверную ручку.
— Синяк у тебя будет знатный! — гордо объявила Джесси.
— Не могу поверить, что Джейми решил завести ребенка с Кэти, но со мной он детей не хотел ни в какую! — прорыдала я. — Вот и правильно, что я не стала загонять Троя в угол! Джейми просто слишком слаб, чтобы сопротивляться!
— И неудивительно. Ты всегда западала на мужиков, которые чувствуют себя таковыми только при бабах. Без бабы они как без яиц. — Джесси опять приложила к моему глазу лед.
— Ты хочешь сказать, что я превращаюсь не в собственную мать, а в отца, но с яичниками?
Она кивнула, и я рассмеялась, несмотря ни на что.
В ту ночь мне никак не удавалось заснуть — от одиночества и опустошённости. Я была бы рада поплакать, но слезы кончились. Я вертелась и крутилась с боку на бок. И вдруг меня осенило. Существует только один мужчина, с которым мне нужно поговорить. Мне необходимо услышать от него, что все будет хорошо. Я взяла мобильник и набрала его номер. Когда он ответил — спокойным, уверенным голосом, у меня внутри все сжалось.
— Это Дейзи, — выдавила я. — Хочу тебя видеть. Да, случилось.
Глава 3
С чистого листа
Я была уверена, что единственный человек, который способен заставить меня плакать в день свадьбы с Джейми, — это мой папенька. Ведь предполагалось, что свадьба дает нам с отцом редчайший шанс восстановить эмоциональную связь, потому что такие торжественные и трогательные события происходят крайне редко. Утром перед свадьбой я нарочно накрасила ресницы водостойкой тушью, потому что ожидала, что в машине, по дороге в церковь, папа скажет мне слова, которых я так жаждала. Ведь скажет? Ведь так полагается? Ведь утром перед свадьбой отцы всегда проводят с дочерями трогательные беседы? Бутафору — не забыть носовые платки. Весь сценарий этой беседы был у меня расписан уже двадцать лет назад.
Невеста усаживается в автомобиль вместе с отцом. Она прелестна в длинном атласном платье и сверкающей диадеме. Счастливый отец сам не свой от гордости. Он берет ее за руку.
Отец. Дейзи, дочурка, ты никогда еще не была так очаровательна.
Невеста сияет.
Отец. Знаю, я не мастер говорить и никогда им не был…
Его голос срывается от волнения.