Люси вручила мне бокал вина. Я спросила:
— Ну, как у вас вообще дела?
Она, ссутулившись, присела на стул.
— А как ты думаешь? День за днем жить с мужчиной, который тебя предал, — это просто невыносимо тяжело.
Люси Примфолд, Образцовая Люси — всегда элегантно, аккуратно причесана, выхолена с головы до ног. Но теперь из-под ее аккуратного макияжа проглядывало безжизненное лицо — такое же безжизненное, каким стал дом Примфолдов. Вот цена, которую приходится платить женщине, сохранившей разваливающуюся семью ради детей. Он пытается за что-то цепляться, но уцепиться уже не за что.
— Ты все еще любишь Эдварда? — спросила я.
Люси покачала головой.
— Как можно любить мужчину, от которого не видишь ни поддержки, ни ласки, ни внимания? Я имею в виду не внимание, которое выражается в цветах, а настоящую надежность. Когда тебя обнимают по ночам и ты знаешь, что, если потребуется тебя защитить, он сделает что угодно. — Люси отвернулась. — Никогда не чувствовала себя менее желанной.
— Так вы больше не спите вместе?
— С тех пор как я узнала о его измене — нет. Я пыталась, но мне трудно раскрыться, поскольку я перестала доверять Эдварду. На прошлой неделе сходила на массаж и потом обревелась. Оказывается, пока не испытаешь ласковое прикосновение, не понимаешь, как же они тебе нужны, как ты по ним изголодалась. Вот смотрю теперь на другие пары и даже не столько завидую, сколько удивляюсь: у них получается, а у меня нет.
Я сухо рассмеялась.
— Вот именно это я и ощущала раньше, когда смотрела на вас с Эдвардом, — призналась я. — Мне казалось, у вас идеальная семья.
— Я тоже так думала, — вздохнула Люси. — Это-то и есть самое ужасное. Но семья у нас оказалась более чем неидеальная.
Я погладила Люси по руке.
— Странно получается — женщина может быть хоть сто раз самостоятельной, преуспевающей и независимой, но в ней все равно есть что-то первобытное, какой-то инстинкт, который требует мужской поддержки. Ужасно, но правда. Какими бы эмансипированными мы все не стали, нам все равно непременно нужно знать, что нас ценят и по шкале пригодности для мужчины. Помню, меня это ужасно изводило, когда я рассталась с Джейми. Где были моя глаза? Я, образованная, с прекрасным дипломом, как я могла выбрать себе такое? Когда понимаешь, что не можешь доверять собственному сердцу, — оно просто разрывается. Но теперь я настроена иначе, более философски. Люди меняются, отношения завязываются и рвутся, а жизнь прекрасна и одновременно ужасно непредсказуема.
— Джесси считает меня дурой… — жалобно хныкнула Люси.
— Она тебя не осуждает, — соврала я. — Просто желает тебе добра. Мы все хотим, чтобы ты была счастлива.
— А ты сейчас счастлива? — вдруг спросила Люси.
Я помолчала.
— Я стала увереннее в себе. То есть поняла, что могу быть одна. Конечно, временами на меня накатывает страх, и я начинаю думать, что навсегда останусь одинокой и бездетной, но все равно я сейчас чувствую себя спокойнее, потому что живу в ладу с собой.
— Получается, вся эта эзотерика и самопомощь все-таки действуют?
— Боль они не заглушают, — грустно усмехнулась я. — На самом деле чем больше ты осознаешь, тем больнее. В книгах по буддизму говорится, что любая ступень духовной инициации, то есть исключительно трудный переходный этап жизни, заставляющий задуматься и усомниться в ее смысле, — это новый шанс. Только он прикидывается утратой.
— Мудрено. Но где в моем положении кроется этот самый тайный шанс? — недоуменно спросила Люси.
— Ты можешь найти в себе мужество уйти от Эдварда, — мягко предложила я. — Построить самостоятельную жизнь и стремиться к тому, чтобы реализовать свои мечты.
— Я не такая сильная, как ты, — отозвалась Люси. — И у меня дочки, а им нужен отец.
— Безусловно. Но еще больше им нужна счастливая мать, у которой хватит храбрости постоять за себя. Если ты останешься с Эдвардом, то загонишь себя в угол и изведешься от сожалений.
Люси уронила голову на руки.
— Разве не лучше мне оставить все как есть и постараться быть хорошей женой и матерью?
— Такой ценой? — возразила я.
Люси заплакала. Я обняла ее.
— Люси, тебе только сорок. Это не конец, а, возможно, лишь начало.
Глава 8
Преждевременная «мы»-якуляция