Пробуя с каждой тарелки понемногу и расхваливая мастеров, он, стараясь не перебивать Анну, своими точными вопросами незаметно выуживал подробности из жизни бывших владельцев.
Так, например, Тёмный князь – именно так за глаза называли Грубенхагена, знаменитого в прошлом жулика и мошенника, а теперь (уже бывшего) владельца ресторана – считал себя не кем иным, как знатоком истины. Игры в магию довели ресторатора до степени легкого помешательства: со слов Анны, только его заместитель Бреннеке знал настоящее имя шефа, так как Грубенхаген, являясь ярым адептом оккультизма и эзотерики, тщательно скрывал от всех своё прошлое.
Детектив ещё подметил, что как только Анна вслух произнесла имя Бреннеке, едва сдержалась, чтобы снова не расплакаться.
– Вы его любили? – Моро отрезал кусочек от бифштекса и, не смотря на женщину, принялся усердно жевать.
– Кого? – Анна внезапно запнулась и достала платок.
– Бреннеке.
Женщина опустила глаза.
– Он обещал на мне жениться. Говорил, что шеф хочет уйти на покой и перепишет на него ресторан. А теперь ни Бреннеке, ни ресторана… Ничего…
Женщина поправила на руке браслет из чёрного агата и встала из-за стола.
– А записи с камер наблюдения? Может, они чем-то смогут нам помочь? Я заметил, что ресторан щедро усыпан ими.
– Хорошо, я принесу вам записи. Только, боюсь, они вам ничем не смогут помочь…
Анна снова прикоснулась к браслету и еле слышно прошептала несколько слов, больше похожих на заклинание. «Понятно. И она туда же, – детектив задумчиво провёл женщину взглядом, пока та не скрылась из вида. – Черный агат. Давно я не видел этого камня у женщины. Помнится, ведьмы использовали его в своих ритуалах. Считается, что он усиливает магические способности, если они, конечно, имеют место быть».
Глава 3
– С этой камеры шефа видно во весь рост! – Анна ткнула кончиком ножа в экран ноутбука. – Камера 7А!
– Вижу, вижу, – Моро отставил в сторону тарелку и подвинул к себе гаджет, чтобы лучше рассмотреть последние секунды жизни Грубенхагена.
Шесть небольших квадратов, разделивших экран, показывали одно и то же ; только с разных ракурсов: невысокий полный мужчина подходит к краю лестницы, внезапно неестественно задирает подбородок вверх и делает резкое движение головой в сторону. Всё это выглядит как спазм мышц, который произошёл в результате их беспричинного перенапряжения. А ещё через секунду, потеряв сознание, Грубенхаген падает вниз со второго этажа, прямо в лестничный пролёт.
Внезапно запись прервалась на всех камерах одновременно, но ровно через тридцать секунд изображение появилось вновь: на шум из кабинета напротив выбегает Бреннеке и стремглав бросается вниз к шефу.
– А кто удалил часть записи? Я понимаю, что там, скорей всего, ничего такого нет. Но если кому-то понадобилось подтереть улику, значит, это того стоило.
Моро вопросительно посмотрел на Анну.
– Да никто, так было всегда. Прокрутите видео вперёд и сами убедитесь: пробел повторяется с периодичностью приблизительно в один час. Вроде бы аппаратный глюк, хотя после случившегося я ни в чём не уверена.
Женщина нажала на кнопку «play», и теперь на мониторе на том месте, где неделю назад стоял Грубенхаген, находился Бреннеке. Мужчина с опаской подошел к краю лестницы, присел и внимательно осмотрел балясины. Убедившись, что на них ничего подозрительного нет, робко попытался сделать первый шаг. Но внезапно с перекошенным от боли лицом выпрямился по стойке смирно, задрал голову вверх и резко повернул в сторону.
Потом точно так же скатился вниз по лестнице, как и его шеф неделю назад.
– А вот это уже становится совсем интересно, – Моро встал из-за стола, вытирая салфеткой рот. – Проведите меня, пожалуйста, на то место, где всё произошло.
Вместо ответа белая, как смерть, Анна махнула рукой в другой конец зала: «Можно, я останусь здесь? У меня не хватит сил оказаться там снова…»
Моро кивнул в знак согласия, скупо поблагодарил женщину за обед и, схватив со стола украшенную оливками брускетту с вяленым мясом, быстро направился к месту загадочного происшествия.
– Признаться, кормят здесь отменно. Нужно будет ещё раз сюда наведаться с визитом вежливости, так сказать. Правда, в том случае, если мне удастся разгадать загадочный ребус с двумя частично неизвестными…